— Мы просто своими руками пустили наш мир под откос… И я согласна с Бэром — пора разнообразить нашу местную популяцию…
— Полагаю, Донар с Мирандой будут против, — пожала плечами Даяна. — Они самые сильные после тебя. А если встанут плечом к плечу, то и сильнее. Слишком много стихий они под себя подмяли после той войны. И они не пожелают делиться силой.
— Есть и другой вариант развития событий, — холодно усмехнулась Хель. — Оставить всё как есть и, дождавшись окончательного разрушения мира, развоплотиться. Ну а что? Зато уйдут в небытие некогда сильными. Им от этого станет легче?
— Вряд ли, — усмехнулась Даяна. — Интересно, кого они там так увлечённо призывают? Оками уже практически в экстазе бьётся…
— Скоро узнаем, — холодно произнесла Хель, демонстративно не заметив подмигивание и многозначительную ухмылку на лице Даяны. — Ты у нас Богиня Жизни. Встреть. А я пойду пообщаюсь с этими чудовищами в перьях. Надеюсь, что обойдётся без драки.
* * *
Мир Лхасси. Безымянная скала на плато Мыс Ветров. Спустя несколько минут
Гранитная поверхность чуть дрогнула, и с диким, просто нечеловеческим воплем ужаса, боли и тоски из скалы вырвалось женское тело в клубах серой пыли.
— Я рада приветствовать тебя, сестра, — произнесла Даяна.
Неизвестная замерла, рассматривая Богиню Жизни. Напряжённая тишина длилась несколько минут, пока наконец гостья не выдержала:
— Где я? — с лёгким волнением в голосе поинтересовалась она. — Не узнаю этих мест.
— Ты давно развоплотилась в другом мире. Сюда тебя призвал демон, — от этих слов глаза у незнакомки удивленно.
— Никогда бы не подумала, что буду обязана возрождением демону. Зачем я ему?
— Если желаешь, я провожу. Сама спросишь. Заодно познакомишься со своей первой жрицей. Кстати, как тебя зовут? Ты помнишь?
— Морриган… Богиня Войны.
— Ого!
— Что? — грустно усмехнулась она. — Место уже кем-то занято?
— Да нет…. Просто они тебя пробудили через ритуальное соитие. Я ожидала совсем другую стихию.
— Неудивительно, — лукаво улыбнулась Морриган. — Демон знал, что делал. Моя ипостась — военное вдохновение, и она тесно связана с женским началом. После соития, посвящённого мне, мужчина готов горы свернуть, причём совсем не ради разрушения и тщеславия, а ради куда более прозаических вещей. Например, защиты своей возлюбленной, детей, семьи, рода и так далее. Получается своего рода покровитель воинов-защитников, а не воинов-разрушителей. Я даже на поле боя только вдохновляю на подвиги, отбрасывая страхи и придавая веры в свои силы.
— Обалдеть… — шёпотом произнесла Даяна.