Прошёл месяц с того момента, как была возрождена Морриган. И этот срок Дэм помнил урывками. Его тело переполняла рвущаяся на свободу сила, из-за потока, который стал нарастать в тот самый день, когда Хель навешала Миранде. И если вначале было терпимо, то через неделю начался какой-то ад. Тело, находящееся в частично изменённом состоянии, мучила пусть и не очень сильная, но постоянная боль из-за некоторых постоянных напряжений мышечной и костной ткани, а также кожных покровов. Плавная, тягучая мутация организма, чего сам юный демон стеснялся, ограничивая свой выход пределами подворья, дабы не пускать ненужные слухи. Но это сидение было явно второстепенной проблемой. Разве что Архимага пришлось ставить в известность, заявляя, что он заболел, дескать, и посещать Академию не может. Переутомление магическое. Так что рукописи и свитки носили прямо на дом.
Дэм пытался сбросить переполнявшую его ярость и энергию через изматывающие тренировки, но ничего не выходило. Казалось, что он был совершенно неутомим, уматывая в хлам всех своих партнёров по спаррингу, а после отправляясь на силовые упражнения. Он проводил по восемь-десять часов кряду на тренировочной площадке каждый день. Спал… да вообще не спал. Не мог… А усталость всё никак не наступала.
— Госпожа, — обратился с лёгким поклоном сержант стражи дома к Азуре, задумчиво смотрящей на то, как Дэм в очередной раз терзает набитый песком мешок.
— Чего тебе? — смерив его холодным взглядом, спросила девушка, явно не настроенная общаться.
— Вы не знаете, что происходит с господином бароном? Мы все за него очень переживаем.
— Ах, переживаете? — со злостью усмехнулась она. — Тогда передайте большое спасибо от него всем тем, кто практически каждую ночь устраивает оргию, — сержант потупился. — Брату и так плохо. Он страдает. А тут ещё вы со своим жизнерадостным весельем. Хорошо, что у вас хватило ума к нему не явиться пред ясны очи, приглашая присоединиться.
— Мы виноваты, госпожа, — сержант покраснел и уставился в мраморный пол. — Мы не думали, что господин барон из-за этого станет так переживать. Но ему ведь очень плохо. Что мы можем сделать, чтобы облегчить его страдания?
— Ничего. Даже мне такие вещи не под силу. Так что от вас требуется просто исправно нести службу, не попадаться ему лишний раз на глаза и вести себя скромнее по ночам. Я понимаю, что оками хороши, но вы прежде всего стражи дома Эрдо, а не распущенные гуляки.
— Да, госпожа. Всё сделаем, — снова кивнул сержант.
— Что-то ещё? — удивлённо подняв бровь, спросила Азура, видя, что сержант не уходит.