— Надо сделать так что бы к концу недели плохих отзывов не было. — серьёзно посмотрел я на девушку.

Лина на секунду закатила глаза, хотела что-то сказать, но опять зазвонил телефон.

— Да! Нет! — крикнула она в трубку.

Не слушая её больше, я усмехнулся и вышел из комнаты. Справиться. На удивление, из взбалмошной девчонки получился неплохой разноплановый секретарь.

Интерлюдия VIII

Кабинет генерального директора «Коммерческой ткацкой компанией» барона Бронникова.

Кабинет генерального директора отличался удивительно богатой отделкой. Панели цвета венге, толстые бронированные стёкла прикрываемые стальными жалюзи, длинный стол из цельного массива дерева. Кожаные дорогие кресла.

Во главе стола развалился хозяин кабинета — генеральный директор Владислав Громов. Мужчина лет пятидесяти, сухой, высокий, с умными проницательными глазами.

В кресле по праву руку его заместитель Илья Сурков, молодой, самодовольный тип в дорогом бежевом костюме. Он крутил в руках смартфон последней модели.

Слева Пётр Лаврентьев, седой, нервный мужчина с глубокой складкой между бровей. Финансовый директор. Явно недоволен тем что его отвлекли от бумаг.

Рядом со столом стоял начальник производства, Семён Чирков. Грузный, молчаливый мужик в запачканной робе.

На другой стороне стола занял место начальник охраны ЧОП «Протект» Антон Гаврилов. Наглец с КПП завода, который недавно дал отпор пытавшемуся прорваться на завод наследнику. Он сидел в кресле, уставившись стеклянным взглядом куда-то в стену, словно мыслями находился где-то далеко от сюда.

— Внеплановое совещание? — буркнул Лаврентьев. — С какой целью? Что случилось? Что за спешка?

Громов щёлкнул кнопку на столе, включая висящую на стене «глушилку».

— Я вас долго не задержу, — начал генеральный, переплетя пальцы. — Поступило предложение. Очень крупный заказ. Срочный. К оплате предлагают ровно в пять раз выше нашего прайса.

В кабинете воцарилась тишина.

— Так и в чём проблема то? Зачем собираться? — не понял Лаврентьев. — Пришлите к ним договор и начинайте выполнения заказа. Или есть какой-то подвох?

— Да нет никакого подвоха тут! — воскликнул Сурков. — Просто Владислав Николаевич боится удачи которая сама проситься в руку. — он бросил взгляд на Громова, пряча в нём презрение.

— Я надеюсь, все сидящие тут помнят, что нам рекомендовали не брать новых заказов, пока не решиться история со Смоленским текстильным? — Громов окинул сидящих за столом.

— Ой, да что там с этим Смоленским… .Всё уже решено, ты же сам слышал…

—

Мало ли что мы слышали. Тебе прекрасно известно, что решение о его приватизации ещё не подписано. Станки, что стоят у нас на заводе, по документам, всё ещё принадлежат им.