— Ну чего, коллега, самое время, а? Пока они не начали все подворья частым гребнем прочесывать — к чему все и идет, как я понимаю. — Перевернувшись на бок, Степанов протянул спецназовцу электронный бинокль. Офигенную, кстати, штуку, с первой же секунды жутко понравившуюся Лехе: двадцатикратный зумм, пассивный и активный ночной режим, да еще и возможность автоматически сопровождать перемещения трех объектов вне зависимости от того, куда в данный момент направлены окуляры. Ну и беспроводное соединение с чипом СУО тактического шлема, разумеется — впрочем, данная функция для десантника особого смысла не имела, за неимением последнего. Размерами же сие высокотехнологичное чудо иновременной техники не превышало карманную электронную книжку-читалку, разве что раза в три потолще.

— Похоже… — буркнул тот, убирая лицевой щиток. Необходимости использовать дополнительные приборы наблюдения у него не было: все, что нужно, — встроено в шлем, а бинокль — так, на всякий случай. — Оставь пока, тебе нужнее.

— Вот за это спасибо, — искренне обрадовался Алексей. — Кстати, коллега, ты бы хоть представился, что ли? Нам еще вместе воевать и воевать — и как мне тебя называть? Лично меня от этого «коллеги» уже мутит. Да и вообще, невежливо как-то.

— Прости, — на миг смутился космодесантник. — Просто раньше как-то времени не было. Владимиром меня звать. Старший лейтенант Владимир Локтев. Остальных бойцов позже представлю, некогда сейчас.

— То бишь Вова, — кивнул Степанов, быстро переглянувшись с особистом и чему-то усмехнувшись. — Хорошее имя. И фамилия тоже замечательная, запоминающаяся такая. А отчество у тебя, часом, не Владимирович? Ладно, не напрягайся, это я так шучу. Так вот, коль уж ты согласился ко мне прислушиваться, предлагаю вот что… ты только сразу не спорь, ладно? Я просто прикинул, как нам с максимальным эффектом вашу невидимость использовать — нас-то троих всяко не спрячешь, как ни таись. Согласен, Вов?

— Говори… Леша, — дернув щекой, кивнул спецназовец. — И меньше слов.

— Добро. Кстати, Михалыч, — вспомнив кое о чем, десантник обернулся к Батищеву. — Я вот чего заметил — местных в деревне вроде как и нет. Интересно, почему? Или ошибаюсь?

— Не ошибаешься, — хмыкнул особист. — А почему — как раз понятно. Просто ты таких мелочей не знаешь, а я сразу подметил. Еще когда нас в ту избу привели, обратил внимание, что иконостас — ну, это полка такая, на которой образа стоят, — пустая. Да и вещей в доме минимум, одни занавески на окнах остались да коврики старые. Выходит, ушли люди-то. То ли эвакуировались, то ли немцы выгнали. Скорее, первое, вряд ли фрицы им бы позволили много скарба с собой забрать. Но что деревня пустая — факт.