— Паша! Пашенька! Очнулся! — выдохнула она и быстро прижала ко рту обе руки, оторвав ладонь от него. — Я сейчас… позову… Елена поехала душ принять и переодеться… Врача… сейчас… — Она попятилась.

— С-стой, — попытался сказать Пашка, и это вполне получилось, хотя и с хрипом.

Пионова замерла, тараща глаза.

— Ч-что ты тут… как оказалась? — Пашка пошевелил сначала одной ногой. Потом рукой. Потом опёрся на локти и смог сесть, хотя в животе и груди отдалась тупая боль.

В нос вели трубочки, делавшие голос гундосым, как при простуде. Из них, мешая существовать, что-то постоянно дуло. В левой руке торчала игла капельницы, пришпиленная пластырем к предплечью. Какие-то провода уходили под рубаху и сейчас натянулись, оттягивая кожу липкими присосками.

— Паша! — Глаза Пионовой наполнились слезами. — Ты меня узнаёшь? Ты всё понимаешь? Прости меня! Я не думала, что на тебя могут охотиться бандиты! Что такое вот бывает! Ты меня защищал, а я как та дура… Прости! Я больше никогда… Я уже неделю почти не отхожу от тебя, как прилетела и узнала… Паша! — Она не сдержалась и снова шагнула к нему, хватая пальцами за предплечье. Младший Соколов, почти оправившийся, понял, что на Люське поверх джинсового сарафана синий одноразовый халатик, что сам он — на койке в больнице, а вокруг столько пикающих приборов, будто Пашку реанимировали в Нью-Йорке. — Ириша говорила, что ты обязательно очнёшься, а я уже перестала верить, — заплакала Пионова огромными, одна за другой набухающими слезами.

— Островская говорила⁈ — возмутился Пашка и уверенно выдрал из носа чёртовы трубки, затанцевавшие от напора воздуха над полом около пищащих гневно приборов.

— Да. Это же она тебя нашла дома, вызвала «скорую», — глотала слёзы Пионова. — А потом сбор открыла и собрала деньги на операцию и на реабилитацию тоже она. Так быстро, это прямо чудо!

— Островская собирала мне деньги на операцию⁈ — опешил Пашка.

— Ну не одна, ей ещё вот Славик помогал очень, тоже приходил уже дважды при мне, проведывал тебя, и Толя, конечно, с Яной! И Игорь. Славик тоже твердил, что ты выкарабкаешься! Елена от тебя не отходила, ты не думай! Она так переменилась, прямо другой человек! И всё плачет… Это я её уговорила съездить домой хоть на чуть-чуть с Серёжей и Юлей! Ну вот что натворила: ты взял и очнулся именно теперь! Надо ей позвонить, Паша! И позвать доктора! И твои бабушки с дедушкой, они же в буфет пошли! Надо их…

— А кто в меня стрелял? Нашли? — прохрипел младший Соколов, останавливая поток информации.

Люся замотала головой испугано.

— Нет! Никто ничего не видел и не слышал! А ты сам знаешь? Помнишь? — подалась она вперёд. — Это как-то связано с исчезновением твоего папы?