Пашка опять сфокусировал на ней растерянный взгляд и крепче сжал весь извозюканный в грязи телефон.
С такими «пользователями» кругом, для защиты хотя бы, игра нужна постоянно! Вот и сколько раз раньше Пашке и всему миру заодно аналогами адаптации восприятия всё в голове перекраивали? Как вообще на Земле кто-то выжил с этими подписантами без царя в голове?
А ему предлагается таких, сука, ширить!
Вот завтра корова-Лебедева окажется новым Гитлером, и что Пашке с этим делать⁈ После того как своими руками скинул ей «Дополненную реальность».
— Я пойду, — подала голос Женя. — У меня уйма дел сейчас и Демьян Тимофеевич ждёт. Привет тебе от него, кстати. Познакомлю вас когда-нибудь. Он очень умный и интересный мужик, с толком! С ним говорить — одно удовольствие, особенно теперь…
— Подожди! — встрепенулся Пашка. — Если ты такая продвинутая… что мне делать? Отправлять ссылки или не надо? Ты считаешь, не надо всё-таки? Отказаться? А я могу?
— Мы за свободу воли. Не знаю я пока, Паш, — посерьёзнела Женя, и чуть выше нужного приподнялась над кустами, так, что стало видно, как торс дико уходит кудо-то под спину волосатым паучьим брюшком. — Я два дня только такая. Не разобралась ни в чём толком, время нужно. Я пока даже не решила, хочу ли в системе Адской работать. Есть ведь и демоны-одиночки, которые на своё усмотрение существуют. Иные бесы до демонического статуса дослуживаются и тоже уходят на вольные хлеба. Осмотреться нужно. Люцифер когда-то организовал своё царство, свободное от высших законов и высочайших управителей, но за века оно разбежалось, расползлось всюду на кучки и отдельных умников со своими тараканами. Среди адской братии чудовищ зверских тоже ведь хоть отбавляй. Свобода, Паш, она такая, имеет свою цену и обратную сторону. Ты себе не придумывай, что у нас равноправие и благодать. В Рай единицы возвращаются, остальное уходит под землю и живёт своим умом, с которым предпочло не расставаться. А он у всех разный. Есть подозрение у меня, что склонных к раскаянию в Ад насильно уволакивают как раз для того, чтобы согласных уже подчиняться и от свободы уставших под рукой иметь. Потому что все эти байки людские про неадекватную нечисть — они же не с потолка придуманы. Вольные демоны бывают с таким прибабахом, что людям при столкновении мало не покажется. Отсюда и выползают всякие ужастики, наполняя фольклор. Но каждый сам для себя решает, каким быть и что делать: и при жизни, и после неё. Издержки «разумности». Мне ближе оставаться собой, а что ты для себя выберешь — это решать не мне. Если с тобой не прогадали, и начнёшь всерьёз раскаиваться, то в Аду тебе будет очень несладко, — задумчиво добавила она. — И тогда, может, лучше и собери грешников, чтобы разорвать договор. Ты вообще заморачиваться любишь, даже я успела это увидеть, а мы знакомы всего ничего. Тебе, если накроет, совсем невмоготу станет. А грешникам, им не ты, так другой кто предложит сделку. Не забывай, это тоже чья-то воля и чей-то выбор. Правда, по уму так она должна быть осознанной, и тут я тоже согласна и понимаю, почему такой шухер поднимается. Так что лавочку эту, может, и прикроют. И, если ты хочешь договор разорвать, как бы не понадобилось тебе поспешить.