Кстати об обшаривании, надо бы не забыть забрать ту Мерзость, а то ещё набредёт на долийцев без присмотра, а потом бегай от их Хранителей, которые найдут стоянку по оставленным ею следам…

Брошенный по связи её привязки ко мне приказ возвращаться возымел неожиданный эффект. Я был готов к тому, что она потеряется, задержится или даже не услышит, слишком поглощённая полным переносом в реальность, но вместо всего этого она буквально через минуту впорхнула в комнату содержания пленной души стражницы у меня в домене и всем видом изобразила готовность служить. Целиком пребывая в Тени. То есть полностью. Если для нас с Ашареной нахождение и там, и там было нормой, то младшие демоны Желаний у меня в подчинении были слишком слабы, чтобы, вселившись в тело, сохранить видимую форму и в Фэйде. Они, конечно, оставались в Фэйде какой-то малой частицей себя, создавая канал энергии, но эта частица хоть и ощущалась пребывающей в моём домене, но буквально «растворялась в воздухе». У сознания младшего демона просто не хватало концентрации и Воли, чтобы воплощать концепцию своего тела в мире грёз, когда всё это сознание занято изучением материального мира.

— Значит, ты всё-таки потеряла то тело? — предположил я наиболее вероятный вариант развития событий, начиная разговор с серокожей рогатой красоткой в полупрозрачных штанишках.

— Простите, господин, — склонилась та, источая в окружающий мир эмоции вины и опаски наказания за порчу подаренного ей «имущества».

— Не то чтобы я сожалел о гибели той мерзости, — бросив короткий взгляд на душу пленницы и Ашарену, вновь смотрю на неё, — но утоли моё любопытство: что это было?

— Я… упала.

— Упала? Ты умерла оттого, что упала?

— Ну… — демоница неуверенно подняла чёрные глаза на меня, — там была странная текучая штука, смертные вроде бы называют её «водопад». Она ещё так шумела… Я хотела рассмотреть поближе, но поскользнулась… — и она передала мне образ того, как всё происходило.

— Оу, — демон… умерший оттого, что свалился в водопад… Я даже не знаю, как это называть…

— Я больше не допущу такой ошибки, господин! — заверила младшая Желание, жадно ловя мой взгляд в поисках признаков снисхождения.

— Пожалуй, я дам тебе имя — Кейли, — решил я, вспоминая свою знакомую ученицу Круга, что при первом нашем разговоре наедине произвела на меня неизгладимое впечатление, как полная дура. Разумеется, я быстро разобрался, что девочке просто слишком хорошо промыли мозги на тему греховности магии, но ассоциации с ней как с чем-то абсурдно глупым и неловким… в смысле, заставляющим чувствовать неловкость лично меня, закрепились на её образе намертво. Сейчас ситуация, конечно, мало напоминала ту, но ощущения были похожи.