Человек говорил долго, путано и время от времени сбиваясь на повторения, но энергия от исполнения его желания ко мне поступала, позволяя примириться с некоторыми особенностями подачи материала. Было этой энергии не так уж много, но и не крошки со стола. Впрочем, не проскальзывай в его рассказе некоторые неизвестные мне факты, я бы в этом сне надолго не задержался.
Тем не менее на сколь-либо долгую лекцию моего импровизированного «наставника» не хватило — то ли я попал в его сны под утро, хотя Нерия и Шианни ещё спали, но это ладно — старые люди часто встают рано, то ли вытянутой со старика силы было многовато, но факт оставался фактом — лектор проснулся, и мой перекус, совмещённый с просвещением, завершился. Ну что же, его отпечаток я запомнил, и можно будет прийти ещё несколько раз — приятного разнообразия ради и зарядки ума для. Ну а раз я уже освободился и подкрепился, то неплохо бы заняться своим «домом», насколько это понятие подходит для домена демона.
Глава 5
Следующие несколько дней я потратил на поиски подходящей основы для домена, и дело это оказалось не то чтобы простым. Стабильных островов и объектов в Тени, если задаваться целью их найти, обнаружить получалось много, но абсолютное большинство из них не отличалось хорошей детализацией, а те несколько стабильных аномалий, о которых я узнал от Ашарены во время разговора, или мне совсем не нравились (как, например, висящий в пустоте замызганный стол с въевшимися в древесину потёками пьяной рвоты), или уже были кем-то заняты.
Кстати о последнем. Свободно бродящие по Тени демоны оказались неожиданно редким явлением. Мой опыт проникновения в Фэйд во время жизни приучил меня к тому, что каждый раз это выглядит как штурм укреплённого лагеря армии или хотя бы как рейд в дикие, полные монстров земли. Пребывание же тут в роли демона Желаний показало совсем другую картину — я мог лететь в одну сторону несколько часов, не видя и не чувствуя ни единого виспа. Скорее всего, в развитых доменах всё было иначе, но в свободной Тени путешественника ждала пустыня с редкими очагами какой-то активности.
Первым таким очагом был демон Гнева в окружении десятка виспов. Истекающая огнём студенистая фигура мрачно сидела в почерневшей яме на одном из островов и вяло ругалась на Чёрный Город, деревья, траву, камни, виспов и скуку. Грубо говоря, он ругался вообще на всё, что попадало в поле зрения, монотонно и медитативно рассказывая вслух, как бы хотел всё сжечь и какие все вокруг уроды, начиная от виспов и расплывающегося образа-камня, заканчивая травинкой — во всём он умудрялся найти недостаток и неизменно приходил к выводу, что всё это его бесит и всё надо сжечь. Эмоции его соответствовали, рождая прямые ассоциации со сквернословящим на некую неприятность, но пока сдерживающимся человеком, которому, однако, достаточно одной искры, чтобы начать крушить всё вокруг, выплёскивая скопившийся гнев.