— Стас, пересмотрел пропагандонских каналов?
— Ты все-таки дура! У нас в клубе парни есть, что сами за ленточку мотались.
— Я так и знала, что ты ушел на темную сторону.
— Да мне по хрен, я там, где больше платят.
Анжела некоторое время мрачно пожирала глазами страшные кадры, затем резко скомандовала:
— Витя, выключай немедленно, в нашу сторону уже смотрят. Ты, вообще, где эти кадры взял?
— Чернорустрим, с утра катят. У Митяя новости быстрее всех остальных показывают. Ты лучше глянь, сколько у него новых подписчиков.
— Ничего себе!
— А как он договорился с республиканцами?
— Ша! Лучше не употребляйте здесь этого слова. Потом не пустят.
Анжела вернулась с новым стаканом выпивки, в нем сейчас был напиток подешевле. Она бросила на экран уничижительный взгляд и скривила красивые губки:
— Дурак он набитый!
Лидия оказалась с ней в корне не согласна:
— С чего это?
— Ему закроют все границы, а канал начнут банить.
— Так, все равно оттуда денег уже не получить. И хрен с ними!
— Ты, Лидка, всегда была дурой! Его же ни одно издательство больше не возьмет.
Виталий отложил в сторону планшет и потянулся за бутылкой:
— Вот здесь, Анжела, ты не права. Как раз с бабками у Митяя сейчас будет все в ажуре.
В глазах девушки промелькнули чертики.
— Пояснительную бригаду, пожалуйста.
— Ты незнакома с суммами, что с недавних пор уходят на приграничные районы?
— И что с того? Стреляют, разрушают, а потом восстанавливают. Обычный схематоз отмыва бабок.
— Да как бы ни так. На эти деньги можно целый город-миллионник построить. А где он?
— Витя, мы не канал околокриминального репортажа.
— Похоже, что дело вовсе не в откатах и взятках. Там делишки серьезней творятся.
— И ты не скажешь?
— Не скажу, — гадостно ощенился Виталий. — Такая корова нужна самому.
Все поняли, что Витек надыбал инсайд, и дружно загалдели.
Минут через двадцать бессмысленных споров, Анжела встала с места, накинула пуховичок и подошла к Стасу. Возле его уха раздался будоражащий юношескую кровь шепот:
— Не проводишь меня?
Стас не потерялся, и они незаметно ускользнули к выходу.
— Куда?
— Ко мне, — девушка уперлась рукой в его грудь. — И я люблю трах пожестче. Вызывай такси.
Глава 17 Дни неспокойствия
Позиции у старой границы
«Война — это борьба, а борьба — убийство».
— Натан Бедфорд Форрест.
Командир роты гвардейского полка сегодня отжигал:
— Критичность выхода из строя стратегических соединений, ресурсов и единиц Вооруженных Сил Росской Конфедерации компенсируется предельной неэффективностью их предыдущего использования. В результате чего поддерживается устойчивость всей военной структуры в совокупности: Армия продолжает твердо стоять на ногах, находясь на дне. Другими словами, вы не можете обеспечить себе стратегическое преимущество путем поражения чего-то важного в ВС РК. Потому что важным оно было только на бумаге, а на деле никак не работало.