Банда, Блюститель и даже Вэнь Дэмин переглянулись между собой, но почему-то промолчали. Даже странно. Хотя… а кого они могли предложить? Не вояку же? Ну а гекс по определению отпадает, потому что тогда ещё и Хранителя с Блюстителем придётся подтягивать… ну, или кого-то из их соплеменников.
— Что ж, в таком случае, предлагаю вам, Банда-сяньшэн, — озвучил я наиболее логичный вариант. И, что характерно, Алекс меня поддержал, пусть и всего лишь сдержанным кивком. — Будете выступать пессимистично настроенным реалистом, чтобы хоть как-то сдерживать наш с Алексом полёт фантазии.
— Разве что только в этом качестве, — спрятав довольную улыбку под ладонью, помявшей подбородок, согласился со мной старик Байху.
Ну вот и хорошо, вот и славно. От Заварзина, понятно, никуда не денешься — он реально лучший специалист в физике подпространства и смежных дисциплинах. А ещё у него обширнейший опыт учёного-исследователя, чего не скажешь обо мне или Банда-сяньшэне. А вот ни Вэня Дэмина, ни Блюстителя мне в составе рабочей группы видеть бы не хотелось. Откровенно говоря, нафиг они не сдались. Что же касается Байху… мы с ним старые «заклятые» друзья — раз, и чисто технически он всё ещё пленник клана Елагиных — два. И очень хорошо, что последнее обстоятельство не всплыло при обсуждении. И впредь не должно, так что нужно сменить тему. Как говорится, от греха.
— Осталось только определиться с базой, — тем не менее, поднял я ещё один важный вопрос. — У меня на Гессионе есть пара подходящих мест…
— Не грузись, бро, — прервал меня Алекс. — Будем базироваться у меня на «Спруте». Заодно со старыми знакомыми пообщаешься. Рин… извините, капитан Рин! — часто о тебе вспоминает. Да и Борисыч нередко интересуется.
— Пожалуй, это будет оптимально, юный Заварзин, — одобрил предложение корпа Цзян Банда. — Мне так даже проще вас… э-э-э… не то, чтобы ограничивать, а…
— Направлять нашу энергию в мирных целях, — пришёл старику на помощь Алекс. — Вань?
— Согласен, — даже не задумавшись, поддержал я идею Заварзина.
Ну а чего? Лично я в пределах системы Иддии в перемещениях не ограничен, мне что «Спрут», что «заброшка»… что любое другое место. А Алексу со старым Цзянем, и впрямь, на заварзинском корыте будет удобнее всего.
— В таком случае, судари мои, предлагаю перейти к обсуждению условий пребывания на территории клана Елагиных ограниченных контингентов всех заинтересованных сторон! — привлёк к себе внимание присутствующих Илья Фаддеевич. — Лично мне ситуация видится следующим образом…
Глава 2−1
Глава 2
… Алекса, как, впрочем, и всегда в последние дни, я нашёл в его «комнате для раздумий» — каюте, превращённой в одну большую «дополненную реальность», спроецированную «Спрутом» прямо в помещение. По сути, виртуальность наяву. Кстати сказать, Рин-тян в своё время пришлось изрядно потрудиться, чтобы объяснить кораблю, что от него требуется. Благо, к тому моменту он уже получил нехилый апгрейд в связи с переходом моего приятеля в статус Хранителя, так что вычислительные мощности позволяли. Мне же оставалось лишь кусать локти каждый раз при виде этого богатства. Даже не так. Богатства — слишком слабо сказано. Интеллектуальной роскоши. Вот это, пожалуй, ближе к истине будет. Да и вся посудина в целом не уставала поражать воображение, особенно после наших клановых лоханок, смотревшихся на фоне Алексового флагмана откровенно неказисто. Да что там говорить! Специально для меня Рин-тян попросила «Спрута» вырастить персональный приёмный отсек размером с нехилую такую лётную палубу для «москитной» эскадрильи. Правда, очень скоро — буквально на второй день — выяснилось, что объём этот явно избыточный, да и до лифта шагать далековато, но я решительно пресёк поползновение капитанской дочки «урезать осетра». Нафига, если мне до этого никто и никогда таких почестей не оказывал? Ажно гордость взяла! Так что ничего страшного, пешочком, значит, пешочком. Опять же, небольшая прогулка никогда не вредит, особенно если нужно собраться с мыслями. А собраться, как нетрудно догадаться, нужно. В этом я тоже убедился на собственном опыте, а к пятым суткам с начала функционирования рабочей группы эта самая прогулка с приведением мыслей в порядок и вовсе превратилась в обязательный элемент моего интеллектуального труда. Ну а к сегодняшнему, восьмому, дню, пожалуй, стала уже традицией.