Лифт в «мусорной зоне», как и большая часть здешнего оборудования, наводил тоску обшарпанным видом. Оно и понятно — местным пофиг, а начальство уровня Деррика или хотя бы руководства конкретно этого ремонтного сектора сюда нос не совало, предпочитая пускать дела на самотёк. Не разваливается окончательно, и ладно. Впрочем, надо отдать должное обитателям «мусорки» — до развала чего бы то ни было они никогда не доводили, поддерживая механизмы в оптимальном для данных условий состоянии. То бишь функции свои они худо-бедно выполняли, что же касалось эстетики с эргономикой, то все эти заморочки парни совершенно справедливо полагали издержками буржуйского образа жизни. А потому на матерные надписи, облупленную краску и потёки ржавчины никто не обращал внимания. Главное, что лифт исправно доставлял страждущих халявных запчастей сверху вниз, и столь же безотказно позволял ретироваться завладевшим вожделенными трофеями снизу вверх. Но медленно, да. Мне было с чем сравнивать, а потому скорость кабинки я расценивал как один из малочисленных недостатков моего нынешнего положения. Степаныч заикнулся было о ремонте, но я задавил это благое намерение на корню, как только представил, какая суета начнется в моём уютном мусорном мирке. Так что сейчас, можно сказать, я пожинал плоды собственной недальновидности — подниматься на «представительский» уровень сектора не меньше пяти минут. А потом ещё через весь огромный ангар по променаду переться в «Блинную». Впрочем, до «Дроида» ещё дальше, но я, оглядев собственное отражение в мутном стекле дверной панели капсулы, пришёл к выводу, что даже нечего и пытаться привести себя в божеский вид. Для этого пришлось бы как минимум наведаться в барбер-шоп, часика этак на полтора. А потом перебраться в торговый сектор и совершить марш-бросок по бутикам. И то вряд ли бы гостям угодил. Так что нафиг. Обойдутся. В конце концов, это им от меня что-то надо, а не мне. И мы на моей территории, так что расценить мой потрепанный вид как неуважение деды не смогут при всём желании…

От невеселых раздумий меня отвлёк вызов через «нейр». Едва глянув на абонента, я подтвердил приём и развернул виртуальный дисплей, с которого на меня уставился Влад Пахомов. Что характерно, с изрядной долей тревоги во взгляде.

— Алекс?

— Влад? — Всё, обмен любезностями завершён, теперь можно и к делу переходить. — Чего хотел? Только не говори — Картахена, у нас проблемы!

— Э-э-э… ну я пошёл тогда?..

— Чёрт… опять угадал.

— Ага, — подтвердил Влад. — И как это у тебя так ловко получается?