Вечеринка должна была проходить в одной школе. Хотя там у меня не было знакомых, но мы каждый год принимали в ней участие. Это была одна из самых лучших вечеринок сезона. По дороге мы должны были заехать за Ронни и миссис Шумэйкер. Когда наша машина въехала на дорожку перед их домом, по моей спине забегали мурашки. Они будут первыми, ну, за исключением моей матери, кто увидят меня в таком виде. Как они на это отреагируют? Что они скажут?...Тревожные мысли овладели мною. Но не собираясь терять время, моя мама немедленно послала меня за ними, сама решив остаться в машине. Холодный октябрьский ветерок сразу же залетел мне под платье, как только я вылез из салона. Не желая замерзнуть, я быстро заковылял на своих любимых каблуках к входной двери. Мои груди с каждым шагом подпрыгивали вверх-вниз, вверх-вниз. Ужасно волнуясь, я нажал на дверной звонок. Через некоторое время дверь открылась, и передо мной появилась миссис Шумэйкер. И тут у меня окончательно пересохло в горле, и все что мне удалось сделать — это выдавить из себя неуверенную улыбку.
"Я вас слушаю", — сказала миссис Шумэкер, вопросительно смотря на меня.
"Привет", — наконец-то родил я.
"Боже мой!" Ее глаза широко распахнулись. Видимо, она, наконец, поняла, кто перед ней. "Бобби, это в правду ты?!" Опомнившись от небольшого шока, она жестом пригласила меня войти. Я робко переступил порог ее дома. А она все еще не могла успокоиться: "Вот это да. Ты выглядишь великолепно. Ну-ка покрутись. Дай посмотреть на тебя со всех сторон". Миссис Шумэйкер все больше и больше удивлялась, как прекрасно удалась моя трансформация. Походка, манеры, голос — все стала таким женственным, что ей пришлось признать, что моя мама сделала настоящий шедевр.
Через пару минут к нам спустился и Ронни. Он уже был готов к вечеринке, на нем был тот же костюм, что и в прошлый раз. Увидев меня, он, ухмыльнувшись, сказал: "Ну, ты крутая телочка".
Потом мы все вместе поехали на вечеринку. Наши матери всю дорогу обсуждали наши костюмы и хвалились друг перед другом своими достижениями, но, как я понял, так и не пришли к единому мнению, кто же из них все-таки выиграл. Я же был вообще не в состояние о чем бы то ни было говорить, весь скованный внезапно напавшим на меня напряжением. Наконец, мы прибыли на место, и сразу пошли в зал. Он уже оказался почти заполненным, и как только мы вошли, я сразу почувствовал десятки взглядов, устремленных на меня. И это меня окончательно добило, — я начал контролировать буквально каждое свое движение. Старался идти как можно более плавно, чтобы мои груди не подпрыгивали уж слишком сильно. Лишь добравшись до свободного столика рядом с танцевальной сценой, смог вздохнуть свободнее. Но я рано радовался — через пару минут наши матери, перемигнувшись, извинились перед нами, и сказали, что им нужно освежиться. Я и Ронни остались совершенно одни.