После этого Тимоха сказал:
- Хватит с неё, свою порцию ласки она получила, теперь я хочу оттрахать её так, чтобы она билась головой о стенку.
- Давно пора, - согласился Дима.
Они уложили меня носом к стенке, и Тимоха опять вошёл в меня. Но на этот раз его движения были резкими, грубыми, властными, он болтал меня, как ветер болтает одинокий лист на дереве. Мне хотелось слезть с кола Тимохи, но я была как тряпичная кукла: руки и ноги не повиновались мне, а мучитель мой крепко держал меня, прижимая к себе за бёдра.
- Хватит... прекрати... а-а-о-о.. - только и смогла произнести я.
Мы с ним чувствовали себя, как бегуны к концу марафонского забега.
Когда я очнулась, в дверь деликатно постучали.
- Извините, пожалуйста, - просунулся Игорь. - Вы не могли бы потише. Я, конечно всё понимаю, но мы с Антоном спать хотим. Да и тебе, Карина, не вредно.
Я хотела ему достойно ответить, но у меня не было сил.
- Отнесите мине в душ, - сказала я с трудом.
Тимоха с Димой завернули меня в мамочкин халат, принесённый Игорем, и отнесли в ванную. Душ взбодрил меня, тем более, что эти двое очень хорошо помыли меня, нежно массируя и лаская моё тело.
Заснули мы втроём. Засыпая, я видела перед глазами расплывающийся образ Лариски, которая почему-то танцевала ча-ча-ча на учительском столе, а мои любимые одноклассники ей радостно хлопали.
Перевал. Остальное Автор: Юра
Эти горы, горы, горы, Долины, перевалы...
Второй день шел нудный моросящий дождь. Казалось, все вокруг промокло насквозь, и на земле нет, ни единого сухого уголка, где можно укрыться от этого нескончаемого водопада. Воздух настолько пропитан влагой, что даже сигареты, завернутые в герметичный пакет, отсырели и не хотели дымиться. Сделав очередную попытку закурить, Сергей залез в спальный мешок и, завернувшись в него, бессмысленно уставился в полог палатки, которая последние три дня являлась ему домом, единственным сухим местом на всей земле. Вот уже два дня, два раза в день, несмотря на непрекращающийся дождь, он поднимается по крутому склону на вершину горы, под которой разбил свой лагерь, состоящий из единственной палатки, костра с тентом и запасом дров под полиэтиленовой пленкой, доставал радиостанцию и пытался связаться с группой, которая со дня на день должна спуститься с "Проклятого" перевала. Но группа не давала о себе знать. Каждый раз из динамика доносился лишь шум эфира да редкие помехи от далеких грозовых разрядов. Сильно Сергей не переживал, он прекрасно понимал причину столь длительного отсутствия группы и выходил на связь так, надеясь на случай. В горы группа ушла неделю назад, а он, не успев закончить сессию, решил встретить ее здесь, под "Проклятым", вдалеке от туристских троп. Обговорив подробности встречи, он с печальным видом посадил товарищей на поезд и, уладив дела в институте, через четыре дня, преодолев восемьдесят километров и два перевала в одиночку, добрался до условленного места. По его расчетам группа должна находиться как раз за "Проклятым". До следующего сеанса связи оставалось около трех часов и, накинув легкий плащ, Сергей выбрался из палатки. Моментально нудные капельки забарабанили по тонкой пленке плаща, заструились по загорелому лицу. Холодный воздух, преодолевая преграду, быстро проник к самой груди. Поежившись, Сергей, осторожно ступая по мокрым камням, пошел вверх, к каменному останцу, с которого он три раза безуспешно пытался связаться с группой. Поднявшись по крутому склону, он бросил взгляд на "Проклятый" но, как и утром, перевал был закрыт. Тяжелые свинцовые тучи, темным покрывалом накрывали его и вершины окружающих гор. Вряд ли кто отважился бы в такую погоду рискнуть преодолеть его. Элементарно можно сбиться с пути или свалиться в какую-нибудь трещину, а самое опасное, не заметить стенки цирков, которые вплотную прижимаются к самой его седловине. Немного отдышавшись, Сергей осторожно вскарабкался по невысокой отвесной стенке и, выбравшись на каменное плато, достал рацию. До сеанса связи оставалось около десяти минут. Сделав еще одну неудавшеюся попытку закурить, он включил передатчик.