— Да-да, — мило улыбнулась Белоснежка.
Она подошла к столу и нагнулась над бумагами. При этом перед носом Дока открылась в вырезе восхитительное зрелище — упругие молодые груди, уже ничем не скрытые.
— Вот здесь, — показал Док, — я записываю, сколько породы мы выработали.
При этом Док словно невзначай поднял руку и у него в ладони оказалось полновесная упругая тяжесть.
— М-м… — выдохнула Белоснежка и проворковала: — А здесь что? При этом она потянулась вперед, отчего ее грудь в руке Дока заволновалась, как живая. Заодно ее попка почти обнажилась. Док отклонился, обозревая прелести девочки. Его вторая рука проникла между девичьих ножек и легла на розовые лепестки.
— А тут у меня руда.
— Да-а? — Белоснежка лукаво посмотрела через плечо на гнома. — О-о-о, Док… О-о-о!!!
Пальцы Дока вовсю исследовали девичьи глубины, а сама Белоснежка извивалась на них. Потом она наклонилась и, расстегнув штанишки, промурлыкала:
— Ты такой милый, у тебя такой большой! М-м, м-м, м-ммммммм….
Нежный ротик поглотил увесистый кол, глазки закрылись от удовольствия, а язычок заметался по стволу.
Потом Белоснежка села на край стола, раздвинула ножки и раскрыла свою щелку, чуть смущенно глядя на гнома:
— Док, ты не мог бы немного выработать меня?
Док долго упрашивать себя не заставил. Он встал на стуле и резким ударом протаранил нежный зев пещерки могучим поршнем.
— А-а-аааа, — закричала Белоснежка, сдавливая бедрами бока гнома. — О, какой ты сильный… О-ооо, о-оооо, я не могу, о-оо!..
Девочка притянула к себе голову Дока, оказавшуюся на уровне ее грудей. Док тут же распахнул ее блузку и накрыл ртом нежный бугорочек соска.
— О-оо, Док, что ты со мной делаешь? Ух, у-ууух.
Док обрабатывал Белоснежку так, что крепко сбитый дубовый стол ходил ходуном.
Когда, вдоволь натешившись с упругим молодым телом, Док излился в нее обильными струями, Белоснежка, все еще постанывая и вздрагивая от последних волн наслаждения, промурлыкала:
— Куда ты запишешь это?
После она привела себя в порядок и вышла во двор.
Трое гномов уже завершили новую кровать. Она стояла на свежей стружке, пуховый матрац и подушка лежали на ней. Белоснежка подошла к кроватке и легла на матрац. Весельчак, Чихун и Соня, мастерившие еще что-то, тут же бросили работу и и восхищением уставились на девушку.
— Ой, мальчики, я так устала!
Белоснежка откинулась на подушку, приняв расслабленную позу.
— Вы не представляете, как мне хорошо. У вас тут так уютно, восхитительно…
Шаловливая маленькая ручка проникла в вырез блузки и тронула чувствительный сосок.
— О-у-мм… — Шустрый язычок облизал полные губы. — Я чувствую себя такой свободной, такой счастливой.