Следующая песня досталась Роману и он без разговоров засунул руки под сорочку партнерши, массируя ее ягодицы. Одновременно, он терся вставшим членом о бедра Юлии Петровны.
Следующим был Николай. Следуя примеру предшественников, он, не теряя времени, сразу же засунул руки матери в трусы. Продолжая одной рукой мять ее попку, он сунул другую руку в переднюю часть бедер матери, и просунув ее под трусики Юлии Петровны, коснулся ее промежности. Затем, Коля поднял руку вверх, добравшись, под сорочкой, до левой груди матери. Не встречая сопротивления, он продолжал гладить грудь Юлии Петровны, пока не нащупал ее напрягшийся сосок. Немного поласкав его большим пальцем, мальчик сжал в ладони всю грудь, заставив мать застонать. Юля вздохнула, чувствуя, как сын ласкает ее грудь на глазах у друзей. Опустив голову, она поцеловала его в губы. Одновременно, ее рука скользнула вниз и начала медленно поглаживать сквозь шорты его член.
Наконец, песня закончилась и сменилась быстрой латиноамериканской мелодией. Юлия Петровна высвободилась из рук сына и начала танцевать одна. "Кто хочет потанцевать со мной?", весело крикнула она. Ни один из мальчиков не вызвался. Все предпочитали смотреть, как она танцует перед ними - и женщина не смогла удержаться от искушения устроить "шоу" перед малолетней аудиторией. Покачивая бедрами, она подпрыгивала, заставляя свои большие груди трястись. При каждом подъеме ног или коленей, мальчики отчетливо видели полуголые бедра Колиной мамы. Несколько мальчиков сидели на полу, стараясь заглянуть ей под сорочку. Юля позволила сорочке задраться еще выше, скомкав ее на бедрах, и предоставила возбужденным подросткам любоваться своими белыми трусиками, еле прикрывающими промежность. Повернувшись к детям спиной, женщина двигала бедрами взад-вперед, все быстрее и быстрее. Мальчики возбужденно глядели, как белая мякоть ягодиц Колиной мамы, дрожит и трясется перед ними. Поскольку перед этим, руки большинства из них успели побывать на этих белых "булочках", трусики скомкались, собравшись в расщелине ягодиц, оставляя попку открытой. Даже сейчас, во время зимы, кожа попки, обычно прикрытая трусами, была белее, чем кожа ног. Оглянувшись на ребят, Юля улыбнулась, увидев их побагровевшие лица, и медленно подняла сорочку выше, скомкав ее на талии. Продолжая крутить задницей, она подтянула трусики выше, оставив половинки попки полностью голыми.
Антон и Степан не удержавшись, закричали "Да!!! Юлия Петровна, давайте!!!". Остальные присоединились к ним, свистя и крича. Юлия Петровна снова повернулась к мальчишкам лицом. К этому времени, ее промежность намокла, трусики также были мокры, так что половые губы отчетливо выступали под ними. Слабая поросль коричневых волос виднелась под трусами. Взявшись руками за края сорочки, Юлия Петровна, не прекращая танцевать, задрала ее до пупка, с блядской улыбкой глядя на мальчиков. Так же медленно, она потянула сорочку еще выше, подтянув ее до нижнего края грудей. Взяв груди в руки она массировала их сквозь сорочку и танцевала, под крики мальчишек: "Еще, продолжай!".