- Это всё хорошо, аналитик,- сказал мой брат,- но что нам с Тимохой-то делать, он живёт отдельно от родителей, некому его наставить на путь истинный, надо к нему ехать, а вдруг он чего выкинет?
Антон и Дима согласились.
- А можно я с вами поеду, а? - робко попросила я. - Может на что пригожусь, хоть Лариску утешу. Мне её по-человечески жалко.
- Да что тебе с нами ехать, тебе уроки делать надо,- сказал Игорь, тоном не терпящим возражений.
Я было приуныла: мне было жутко интересно, чем это закончится, ведь не каждый день со мной происходят интересный события. А тут на тебе: сиди дома и умирай от любопытства. Меня спас Антон:
- Что ты её за младенца держишь? Твоя сестра далеко не дура, ей тоже интересно, я думаю, женщина нам не помешает. Родственная душа для Лариски и, может, Тимоху смягчит.
- Ладно, уж Игорь, возьмём её с собой, я к тому же по ней соскучился. Лишний мозг ещё никому не мешал, особенно в такой прекрасной оболочке, да Карочка?- Дима обнял меня и чмокнул в губы. Мне сразу стало хорошо.
Мы уселись в "восьмёрку" Димы, мальчишки сзади, я - рядом с Димой, спереди. Мы ехали по ночной Москве, какой-то дорогой, которую я не знала. Что-то необыкновенное лёгкое охватило меня: смесь предвкушения приключений, любви к родному городу, который был необыкновенно красив и уютен этой ночью с его освещёнными магистралями, светящимися окнами домов, где за каждым окном своя жизнь. Близость Димы, уверенно ведущего машину, завершала это полное счастье в личной жизни.
Мы тем временем очутились где-то в районе Сокола. Мы зашли в сталинский дом, Антон слегка повозился с домофоном и мы вошли в подъезд, довольно опрятный и чистый, с необшарпанными стенами и сетчатым лифтом, который доставил нас на пятый этаж. Мы прошли по небольшому коридору и позвонили в квартиру в глубине. Нам открыл приятный молодой человек, брюнет с круглым лицом, и большими карими глазами, по-видимому, это был Тимоха. Вид у него был растерянный.
После церемоний приветствия, представления и извинений за неожиданный визит, нас провели в большую комнату. Я по дороге привычным взглядом оценила квартиру: раньше это была трёхкомнатная коммуналка: коридор буквой Г, три отдельных комнаты. Видимо, недавно был ремонт.
- Хорошо, что вы приехали, - сказал Тимоха,- а то я уже не знаю, что мне делать с Ларочкой, рыдает и рыдает.
- Лучший выход для женщины,- сказала я себе под нос. Тимоха, к счастью, не расслышал.
- Извини, что я вмешиваюсь, Тимоха, (можно мне тебя так называть?) давай я пошепчусь с ней, я уверена, я её хотя бы успокою. А там и выход придумаем. Только не убивай братца Лариски, ему абсолютно всё равно, с кем его сестра, он был навеселе, ему нужен был предлог, чтобы подраться. - Я ободряюще улыбнулась ему.