- Ты вообще мало чего понимаешь. Смазка это ароматизированная, глупая твоя голова.
- Ой, правда, как пахнет хорошо. Наташ, а Наташ...
- С собой не дам, не мечтай, а здесь - хоть до смерти себя затрахай.
- А ты не будешь против?
- Если бы я против была, я б тебе его не показала. Ну-ка, глянь в зеркало на себя.
- Ой, щеки как горят! - Женечка присела на кушетку напротив зеркала, не выпуская сокровища из рук.
- Да у тебя не только щеки - глаза вон как горят. Прямо насмотреться на тебя не могу.
- А как вставлять, два сразу, или по одному?
- Давай так: я тебе помогу, но и ты мне не откажешь, в чем - чуть позже узнаешь.
- Ох, Наташенька, давай быстрее, покажи, ну... - Женечка сидела напротив зеркала на низкой тахте, задрав юбку, трусики болтались на одной ноге. Членом она водила по половым губам, держа его обеими руками.
- Снимай кофточку, лифчик тоже. Всегда я твоей фигурке завидовала - стройная, ноги длиннющие. Ложись, ложись...
Приговаривая, она намазала сладко-горько пахнущим кремом оба рога, легонько поцеловала головки и начала поглаживать внутренние поверхности женечкиных бедер. Лежа на спине, та подняла обе ноги так, чтобы подруге все было видно и доступно. Нежно, чуть вращательными движениями та стала вводить члены во влагалище и анус. Женечка дрогнувшими пальцами коснулась сосков, электрический разряд пробил ее от груди до промежности. Она опустила ноги на плечи Наташе.
- Только женщина знает, как это правильно делать, тебе нравится, моя сладкая?
- Давай, давай глубже, очень нравится.
Решительным движением Наташа погрузила члены по самое основание. Женечка сильнее затеребила соски, двигая тазом навстречу ебущей ее руке. Отбросив свободной рукой со лба волосы, Наташа наклонилась к влагалищу и глубоко вдохнула смешавшиеся ароматы выделений, крема и пота.
- Запах-то какой, сладенькая ты моя.
Она начала ускорила движения, женечкины стоны участились и стали громче. Если бы кто-нибудь мог подглядывать, то он бы застыл, завороженный: брюнетка в распахнувшемся халатике вовсю трудилась над разметавшей по тахте рыжие волосы, стонущей подругой.
- Ой, кончу сейчас, кончу!..
- Ах, ты, сучка моя сладкая, давай, давай...
Женечкины живот и ноги свело горячей судорогой, Наташа упала лицом ей на живот.
- Ой, не могу, хорошо как...
- Теперь лежи, жди меня. Не забыла, что обещала?
- Я боюсь что-то, ты чего задумала?
- Лежи, я сказала.
Когда Наташа вошла, Женечка только охнула. На ней был одет черный кожаный лифчик, закрывавший нижнюю треть груди и черные кожаные трусики с прорезью, через которую была видна гладко выбритая пизда. Ноги обтягивали высокие сапоги с миллионом ремешков. В одной руке она сжимала здоровенный хуй из черного же латекса, а в другой - маленькую кожаную плетку, тоже, естественно, черную. Не дав Женечке открыть рта, она подошла к ней и шлепнула ее по ягодице.