Съеденное мной сердце принадлежало дракону, а дракон это ящерица, как и василиск. Да, это очень сильное упрощение, но другого объяснения у меня нет. Встретились подобные доминанты и тут же слились. Стоп…

— Ут! Проанализируй моё тело на наличие негативных изменений! — Рявкнул я.

«Вы скоро облысеете. Хи-хи. Простите. Негативных изменений не обнаружено.»

— Господину не пойдёт лысина. Если господин облысеет, я подарю ему свои волосы! — Заявила Галя.

— Спасибо. Буду ходить с фиолетовым париком. — Улыбнулся я.

— Хозяин, могли бы вы передать Огнёву, что я его прощаю? — Спросила Снежана сложив руки на груди.

— Нет. В ваши семейные дрязги я ввязываться не собираюсь. Когда встречу его, выпущу тебя погулять. Сама всё скажешь.

— Обещаете? — С надеждой в голосе спросила Снежана.

— Честное кашеварское! — Выпалил я приложив руку к сердцу и вывалился в реальность.

Передо мной стояли друзья с испуганными лицами. Венера так и вовсе сжимала мои щёки руками.

— Пытаефся сделать иф меня утоську? — Спросил я.

— Что? Какую ещё уточку? — Нахмурилась Венера. — Я думала у тебя сердечный приступ!

— А ты знаешь как выглядит сердечный приступ? — Насмешливо спросил я.

— Нет, но… Знаешь, что. — Улыбнулась она и легонько толкнула в плечо. — В следующий раз даже не подумаю тебя спасать.

— Ага. Хи-хи. Мы как раз говорили что тебе срочно требуется искусственное дыхание, а мы увы не приемлем поцелуев с мужчинами, поэтому именно ей придётся тебя реанимировать. — Хихикнул Муэдзин и тут же схлопотал пощёчину от Венеры. — Мне не привыкать. — Пожал плечами мой ученик.

— Знаешь Михаил Константинович, чем больше я нахожусь в кругу твоих друзей, тем больше понимаю что они не нормальные.

— За это я их и люблю. — Философски сказал я вставая на ноги, а после посмотрел на Муэдзина. — Давай, веди уже к своим возродителям. Отплатим должок и я заставлю тебя снова работать. — На моём лице появилась безумная улыбка, от которой Муэдзин нервно сглотнул.

— О-о-опять в лаборатории?

— Хуже мой дорогой ученик. Намного хуже.

— Спасите. — Пискнул он стараясь вызвать жалость у окружающих.

— Топай я тебе говорю. — Хмыкнул я и подтолкнул его вперёд.

Муэдзин сделал привычный ему страдальческий вид. сгорбился и поплёлся в сторону холма бубня себе под нос.

— Вижу ты его порядком замордовал во время обучения. — Сказал Серый.

— Совсем немного. — Кивнул я.

— Радует что ты с нами не отправился во временной карман, иначе… — Начал было Артём.

— Иначе вы бы все до единого вышли абсолютами, а так только Леший продвинулся. — Закончил я за него фразу.

— Так. У меня уже голова пухнет от ваших рассказов в которых я совершенно ничего не понимаю. Какая ещё временная аномалия? О чём они говорят? — Спросила Венера потирая виски.