Гаврилов дёрнулся и перевернулся на другой бок, оставив Хрюна без одеяла. Псу это не понравилось и он, не открывая глаз, плотнее прижался к боку гвардейца. В груди колотилось сердце. Я действовал, как вор, но что-то подсказывало, что я должен заглянуть в телефон хоть краем глаза. И предчувствие оказалось верным.
Воспользовавшись проводником, я обнаружил сотни документов. В них рассказывалось о разведывательной деятельности группы «Три топора». О планах соседних аристократов и методах противодействия им. А ещё имелась папка под названием «Преображенский».
Провалившись туда, я, мягко говоря, обалдел. Нет, там я не обнаружил ничего шокирующего, кроме бездонных смет. Профессор закупал жемчужины, части тварей, минералы. На всё это он тратил сотни миллионов. Хотел бы я знать, над чем работает этот яйцеголовый.
Закрыв папку, я пролистал ниже и наткнулся на файл с названием «Расследование о нападении на Елизавету Максимовну Архарову». Палец машинально нажал на файл; увидев его содержимое, я только и смог что прошептать:
— Какого хрена?
В эту секунду мощная рука вцепилась в телефон и вырвала его у меня. Капитан Гаврилов, разъярённо уставившись на меня, прорычал:
— Кто тебе разрешал брать мои вещи?
Глава 3
Ноздри капитана Гаврилова раздувались, как кузнечные меха. Посмотрев на него со стороны, можно было с уверенностью сказать, что капитан является самцом гориллы. От мысли об этом я едва не прыснул со смеху.
— Станислав Карлович, не забывай о том, что говоришь с главой рода, — стальным тоном отчеканил я. — Ты присягнул мне на верность, но при этом хранишь от меня столь занимательные тайны?
— Эти тайны тебя не касаются, — буркнул Гаврилов, убирая телефон в карман.
— Да что ты говоришь? — насмешливо проговорил я. — Не касаются? Серьёзно? Меня пытались убить на первом году жизни, после — пытались похитить. В обоих случаях мама едва не умерла. И это меня не касается?
— Константин Игоревич сам разберётся с этим.
— С момента, когда произошло первое нападение, прошло почти пять лет. И насколько мне известно, ублюдок, организовавший нападение, до сих пор жив. Хотя, не так. Этого ублюдка зовут Черчесов Даниил Евгеньевич, и он не только жив, а ещё и захапал треть земель, принадлежавших отцу. Молодец, папаша! Разобрался, так разобрался, — усмехнулся я.
— Если бы не войска Императора… — с обидой в голосе начал Гав.
— Ау! Станислав Карлович! Проблема существует уже пять лет, а войска Императора вторглись лишь в этом году.
— Больно много ты понимаешь! — рявкнул Гаврилов. — Баронство всю жизнь было окружено врагами. Отправь Архаров войска на Черчесова, тут же на наши земли вторгся бы Малышев с Юсуповым.