Оборотень словно пружина, которая вот-вот разожмётся. Ещё чуть-чуть — и он бросится вперёд, не раздумывая.

— Ратвер! — окликаю я весело, как будто здесь просто погреться на солнышке пришёл.

Вместо ответа он вздрагивает, и в следующее мгновение его тело взрывается движением. Прыжок — молниеносный, мощный, как у разъярённого тигра, и он превращается в полузверя прямо в воздухе. Лицо покрывается черной шерстью, руки становятся лапами с когтями, глаза горят дикой ненавистью, а клыки обнажаются в зверином оскале. Классика.

Но я готов. Магический импульс, и из песка поднимается тяжёлый валун, обвитый искрами электричества. Он с глухим свистом врезается Ратверу прямо в грудь. Звероподобный противник отлетает назад, оставляя глубокие борозды в песке, а затем с грохотом падает на землю, поднимая облако пыли.

«Ловко, рядовой Стоеросов!» — хвалю я легионера.

«Служу Легиону и роду Вещих-Филиновых!» — браво чеканит задобренный Стореросов.

— Я не пришёл играться, оборотень, — заявляю, приближаясь. Песок скрипит под туфлями, а знойные ветры путают волосы. — Мне нужна информация.

Ратвер, тяжело дыша, поднимается на ноги, его глаза сверкают дикой ненавистью. Шерсть на груди слегка дымится после удара, но он даже не делает попытки отряхнуться.

— Пошел ты, щенок! — рычит он, низко припадая к земле. — Я тебе гортань выгрызу!

— Мне нужен Портакл, — продолжаю я, не сводя с него взгляда. — Он сбежал из Организации и забрал с собой элиту портальщиков. Ты знаешь, где его найти?

— Даже если бы знал, — медленно, словно каждое слово даётся с трудом, проговаривает он, — я бы тебе не сказал.

Захожу с другой стороны. Всё по классике.

— А если я скажу, что информация о Портакле поможет мне спасти твою Истинную?

Глаза Ратвера вспыхивают гневом, лицо искажается от ярости. Это его боевая точка. Шаг вперёд, и его тело меняется ещё сильнее — звериные черты окончательно вытесняют человеческие. Теперь передо мной стоит не человек, а гигантское, вздыбленное волкоподобное создание с мощными когтями и сверкающей черной шерстью, которая отливает алым в лучах солнца. Но до полного преображения оборотень до сих пор не дотягивает.

Интересно, а он вообще понимает, что слишком рано потратил столько сил? Сначала надо было выздороветь от яда, а потом уже заниматься квадробикой. Теперь его прогресс еще отодвинется.

— Её спасу только я! — рычит оборотень, обнажая зубы. — Она — МОЯ! Тебе она не достанется!

— У меня уже есть жена-альва, кретин, — фыркаю я, закатывая глаза. — И вообще я люблю разнообразие в этом плане. К тому же, у меня целый гарем жен. Ты серьёзно думаешь, что я ищу себе новую жену у монахов?