— Несите выкуп! — тут же зло шипит парламентёр на своих спутников, не дожидаясь, пока они снова что-нибудь испортят.

Филиппинцы, не споря, мигом юркают в трюм и почти бегом возвращаются с здоровым сундуком. Один из них с натугой поднимает крышку.

Содержимое сундука впечатляло не только объёмом, но и хаотичным размахом. Он был набит под завязку. Внутри вперемешку лежали пухлые пачки либерийских долларов, потрёпанные французские франки, немецкие марки. Между ними вплотную набросаны золотые цепи, кольца с мутными и яркими камнями, кулоны разных форм, массивные подвески, немного старинных монет, припорошенных пылью. Всё это явно было награблено.

— Торговцы, говорите, — недоверчиво протянул ЛедзорНачало формы

. — И к чему вы это достали?

— Мы хотим вас нанять, — с готовностью заявили филиппинцы. — Чтобы вы уничтожили других торговцев. Дайме Данила славится своей мощью, его не смогли потопить даже военные нашего филиппинского короля.

— А те торговцы такие же как и вы?

— Нет, они мерзавцы. Они увозят людей из Малайзийской деревни в рабство.

— Хрусть да треск! Действительно мерзавцы!

— Ага, деревня типа наша была, — грустно кивает парламентер. — Мы малазийцев раньше грабили, в смысле, вывозили рабов на продажу. А теперь те другие — забирают всё, как будто они тут хозяева, только потому что у них больше кораблей и людей. Мы хотим, чтобы вы их… ну… того…

— Уничтожили, — спокойно закончил за них Ледзор. — Всё ясно.

Одиннадцатипалый кивает, щёлкнув суставами пальцев:

— Мороз на кости! Почему бы и нет! Давайте маршрут, координаты, схемы, фото, что угодно, лишь бы можно было выследить этих выродков и разобраться по делу.

— Да-да, сейчас… — закивал парламентёр, оборачиваясь к своим. Те лихорадочно начали перебирать какие-то рваные листки с записями, размазанные жирными пальцами. Передали всё, что было.

Между тем один из гомункулов по жесту Ледзора подходит и забирает сундук, взяв под мышку, будто это корзина с фруктами. Разросшийся геномант был сильнее человека раз в пять.

— Мы поплыли тогда, да? — с облегчением и радостью в голосе предлагает парламентер, уже повернувшись в сторону капитанской рубки.

— Куда это вы собрались? — с удивлением спрашивает Ледзор. Его громыхающий голос — как захлопнувшаяся решётка.

Филиппинцы замирают на месте. Один даже застыл с поднятой ногой, будто его поймали на горячем.

— Вы же работорговцы, хо-хо. А с такими у нас разговор короткий.

— Но… но мы же вывесили белый флаг! — запаниковал парламентёр. — По дипломатическим законам мы — парламентёры! Мы сдались! Это переговоры! Дайме Данила не должен… вы не имеете права! У вас обязанность…