— Как я понимаю, род Авдеевых теперь перешел к вам? — нотариус не отрывал от меня глаз.

— Вы совершенно правы, — нотариус позволил себе сдержанную улыбку. — Все подтверждающие документы у меня с собой.

— Что ж, пройдёмте в мой офис, — предложил он. — Посмотрим, чем я смогу вам помочь.

Когда мы были на месте, нотариус выслушал мою историю. Я в дополнение показал ему ворох неоплаченных долговых расписок. Он охал и ахал о том, что мой отец идиот и если бы озаботился вступлением в наследство раньше, то, скорее всего, уже успел бы пропить поместье. Можно сказать, что его лень сохранила для меня часть наследия.

— Вы знаете, я давно хотел приобрести кусок земли за городом. Правда, я бывал у вас в поместье и… — нотариус помедлил, чтобы не оскорбить меня.

— Да, это клоповник, — согласился я, замечая, что мой собеседник немного расслабился после этих слов. — Полностью с вами согласен.

— Хе-хе. Клоповник, — оценил нотариус. — Верно подмечено… Если вы согласитесь, то я готов выкупить у вас землю вместе с особняком за двести десять тысяч рублей.

— По рукам, — не задумываясь сказал я и пожал пухлую ладонь нотариуса.

— Что ж, тогда я оформлю бумаги в течение часа, — сообщил он. — А к утру буду готов передать вам всю необходимую сумму.

— Тогда так и поступим, — кивнул я в ответ.

После сделки с нотариусом я отправился гулять по городу, попутно посещая всех, кому задолжал отец. Многие усмехались мне в лицо, а когда слышали, что я пришёл, чтобы заплатить по долгам, расслаблялись и убавляли свою спесь. Правда, паре выскочек мне пришлось намылить шеи.

Ублюдки начали орать, что проценты капали всё это время и теперь те десятки тысяч, что они заняли отцу, превратились в сотни тысяч долга. Пара зуботычин и сломанных пальцев утихомирили их, и переговоры пошли более плавно.

К рассвету я обошел десяток кредиторов и утащил их следом за собой в офис нотариуса. Он к этому времени, как и обещал, подготовил бумаги и наличность. В итоге у меня получилось забрать только шестьдесят тысяч рублей. Остальное я велел раздать по долговым обязательствам отца.

Нотариус с радостью это сделал, ведь даже я понимал, что земля здесь сто́ит на порядок дороже. Но не было у меня времени заниматься её продажей. Тем более я понимал, что отец может вернуться в любой момент и в приступе обиды и ярости спалить к чёртовой матери поместье, тем самым обрушив цену ещё сильнее.

Подписав бумаги, я вернулся в особняк, где меня уже ждала Фроська. С барского плеча ей достались десять тысяч рублей, увидев которые, она плюхнулась на задницу и прикрыла рот рукой.