— Поверь, они и не такое перегрызали, — произнёс я, принимаясь вприкуску пить чай.
После этого мы вернулись в компанию, в которой раздавался хохот. Васян рассказывал, как он пытался оседлать монстра, похожего на буйвола. Это происходило давно, у одной из башен, да притом с тех пор неоднократно менялось, благодаря бурной фантазии Васяна.
Но рассказывал он достаточно увлекательно. Даже местами было смешно.
Виталик в это время уже дрых в паре мест от наших. Явно решил не испытывать судьбу и выспаться перед зачисткой башни.
Чуть позже и мы разбрелись по спальным местам, а уже наутро нас разбудила веснушчатая проводница.
В полшестого мы выгрузились на перрон, провожая взглядом уезжающий поезд. Шишаков пересчитал нас, затем мы накинули обмундирование в виде заплечных рюкзаков и направились в нужную нам сторону.
Башню я увидел издали. Она была массивной и немного выше тех, что я видел раньше. А у её подножия мерцали несколько огней.
Спустя десять минут мы подошли к первым домам Белогорска. С высокого холма открывался неплохой вид на город. Но то, что я увидел, очень мне не понравилось.
— Твою же мать, — выдохнул Шишаков, всматриваясь в то, что творилось в долине.
— Полностью с тобой согласен, дружище, — подтвердил я. — И кажется, что мы вовремя.
На раздумья времени не было. Надо было реагировать. Ведь твари уже почти прорвали периметр и угрожали мирному населению.
Глава 3
Запоздало загудела городская сирена, воздух продолжали сотрясать взрывы, ружейные выстрелы, шорох крыльев, тяжёлый топот и утробное рычание сотни глоток.
— Всем быть начеку, мать вашу! — зарычал Шишаков. — Сначала мочим летающих! Всем ясно⁈
— Куда яснее-то, — пробормотал бегущий рядом Васян срывающимся голосом. — Зачем только в ухо орать?
— Это чтоб ты поднял свою задницу и побежал за нами! — гаркнул Шишаков. — Я за каждого отвечаю! Все услышали⁈ Поэтому никто не умрёт! Если всё будем делать сообща, все останутся живы!
Мы бежали в ту сторону, где рухнул участок стены и несколько тварей уже выбирались наружу. Впереди всё громче раздавались ружейные выстрелы. А ещё крики. Яростные, истошные, испуганные, надсадные.
Хорошо, что я ещё до выхода на перрон выбрал себе вполне добротный меч. Он чем-то напоминал Пожирателя костей. Но лишь чем-то. Этот был потяжелее и с не очень удобной рукоятью. Но достаточно острый, а это значило, что им вполне можно шинковать тварей в мелкую стружку.
Когда мы оказались у прорванного укрепления, первые ряды охотников, включая меня, вступили в бой. Стрелки́ оперативно подстрелили четырёх шершней. Я кое-как увернулся от хитиновой тушки, которая шлёпнулась, размазываясь по асфальту словно кисель.