— Отдыхаем десять минут, — достигнув большого дерева на опушке второго склона, Пунга опустился на корточки. Высокие деревья, обвитые лианами, среди которых росли раскидистые кусты, создавали идеальное место для засады. Он ужасно хотел закурить марихуану, но специфический запах разносится далеко, а Пунга не хотел спугнуть беглецов. Он был уверен, что они от него в нескольких сотнях метров, они не железные, если он устал, то белые должны умирать от усталости.

Один из его людей подошел к кустам с намерением отлить. Уже отворачивая голову, Пунга боковым зрением заметил тень. Охранник обеими руками держался за горло, сквозь пальцы хлестала тоненькой струйкой кровь, попадая на широкие листы папоротника, окрашивая его в ярко-красный цвет.

Кандаба вскочил, вскидывая ружье. Но вокруг была тишина, ни один куст не шелохнулся, ни одна сухая ветка не треснула под ногами. Его двое парней сидели, привалившись спинами к деревьям, не подозревая, что в пяти метрах за их спиной умирает их товарищ, медленно опускаясь на ноги и падая лицом на ковер из листьев.

Пунга щелкнул языком. Оба бандита немедленно вскочили на ноги, потянувшись к винтовкам. С невероятной скоростью из ближних кустов выскочил человек, успевший нанести два колющих удара в грудь его товарищам, даже не успевшим взять винтовки наизготовку.

Кандаба выстрелил, водя стволом за мелькавшей тенью, после пятого выстрела он потянулся за пистолетом, когда его руку обхватили стальные пальцы: голубоглазый ублюдок без труда отвел его руку наверх, и в следующий момент Пунга показалось, что его с разбегу ударил в грудь носорог. Падая на землю, он успел подумать, что зря не убил этого белого в карьере, когда глаза его закатились и темнота накрыла его своим одеялом.

* * *

Напрасно я ждал шума мотора, бандиты не думали отступать. Посланный в разведку Кевин сообщил, что они очень медленно двинулись наверх, держа винтовки наизготовку. По его данным, бандитов было четверо, если только никто не остался у машины. Уйти мы не могли, практически у всех ноги были разбиты в кровь, усталость была неимоверная.

Кто-то из великих полководцев сказал примерно так. Если битва неизбежна, половина уже выиграна, если место битвы определяешь ты, а не противник. Самое удобное место для засады было в том месте, где мы находились. Здесь начинался густой лес, кусты и лианы создавали зелёный ковер, ухудшавший видимость. Отослав своих спутников метров на двести, несмотря на все их желание участвовать в бою, я с тесаком в руках засел за шикарными кустами на краю тропы.