Вкус был шикарный и отличался в лучшую сторону от прежнего мяса на ветках. Когда мы наелись, он снова повторил эту процедуру, нажарив мяса столько, чтобы хватило на пару дней. Он охладил его в ручье, затем обсыпал солью и завернул в тряпицу. Воду мы пили вдоволь и сейчас ложились, распределив часы охраны, с полным пузом и умиротворенные.
Ночь прошла спокойно. Лес, как всегда, жил своей жизнью. Слышался плач, который Нат определил как «игры шакалов», где-то далеко был слышен душераздирающий крик птицы, оказавшейся бородачом, любящим предгорья. Лая и визга павианов мы не слышали, преподанный урок они усвоили и убрались с этих мест.
Утром, наскоро перекусив холодным мясом — очень не хватало перца и хлеба — напились вволю и сменив запас воды в бутылках, снова двинулись в путь.
Солнце только всходило над верхушками холмов, когда мы, в боевом порядке, с винтовками на плечах вошли в очередную лесную чащу и начали подъем по склону, надеясь завтра к вечеру выбраться из осточертевших гор.
Глава 19. По долинам и по взгорьям
Может, отдых подействовал на нас, а может, причина была в сытной мясной еде, но до обеда мы шли быстро и без отдыха. Несколько раз Нат останавливался и, сверяясь с солнцем, корректировал наш курс. Голые скалы, резко контрастировавшие с живописными холмами, попадались теперь чаще. По большей части они были полностью лишены растительности, лишь порой на них росла невзрачная низкая трава, похожая на мох. Может, это и был мох, проверять не имелось ни времени, ни желания.
Остановились мы лишь пополудни. Нат раздал по половине обычной вчерашней порции из запасов Аймана, мотивируя это тем, что патроны надо беречь и что охотиться будем лишь при крайней необходимости. Прожевав свой паек, которого хватило лишь раздразнить желудок, я спросил у Ната:
— Почему нам по дороге не встречаются бананы, кокосы и другие экзотические фрукты?
— Тут не самый подходящий для них климат, хотя они все равно они растут. Здесь чаще встречаются равенала, масличные и саговые пальмы. Но, когда перейдем гряду, на той стороне горной цепи будут фруктовые культуры. Правда и хищников там больше, — ответил африканер, растирая шею.
Сегодня нас атаковала непонятная настойчивая мошкара, отделаться от которой удалось, лишь втерев сок листьев одного дурно пахнущего растения. Правда, сок, уменьшая чувствительность кожи, вызывал странное онемение. Но эту неприятность было легче перенести, чем мошкару, которая лезла в глаза, уши, нос и рот.
— Надо идти дальше, — африканер поднялся, проверил ремень винтовки, закинул ее на плечо.