— Как такое может быть, спросите при случае у самого Творца, — ответил я, — а обратный билет домой надо еще заработать. Мы тут свою миссию закончили и возвращаемся, можем взять вас с собой при соблюдении вами определенных условий. Понятно?

— Понятно, сэр! — поспешно сказала Мэри а остальные американки синхронно кивнули, — если другого выхода нет, то мы согласны. Называйте ваши условия.

— Во-первых, — сказал я, — полное и безоговорочное подчинение с вашей стороны. Если вам скажут прыгать, то вы прыгаете, если вам скажут лежать — вы лежите, если прикажут чистить нужник — будете чистить нужник. И это не прихоть, а необходимость для такого отряда вроде нашего, находящегося в глубоком рейде в отрыве от своих основных сил. Во-вторых — в боевой состав я вас не беру, будете помогать нашим тыловикам по хозяйству, но первый же намек на хоть какое-нибудь ваше превосходство над этими женщинами и девушками или претензия на главенство — вы вылетаете из нашего отряда, где бы от в тот момент ни находится. В-третьих, — вы соглашаетесь держать в тайне все, что увидите или услышите, находясь в составе нашего отряда, а для того, чтобы ваше обещание не было пустым звуком, вы соглашаетесь на то, чтобы наши маги наложили на вас соответствующее заклинание, которое убьет вас, как только вы попробуете разгласить недозволенное. (А то знаю я вас, янкесов). Если вы согласны, то вопрос можно считать решенным, если нет, то я передам вас местным властям, которые уже сами будут решать вашу судьбу. Может, вас всех вместе поместят в городской бордель, а может, поодиночке распродадут с аукциона. Такие уж тут порядки по отношению к нежелательным иностранцам без гроша в кармане.

— Это очень жестокие условие, сэр, — слегка вздрогнув, растерянно сказала Мэри, подруг которой тоже заметно передернуло, — вы и так ставите нас почти на положение рабов. Мы никак не можем согласиться на полное подчинение, потому что тогда вы или кто-нибудь из ваших людей в любой момент сможет проявить по отношению к нам сексуальные домогательства или даже насилие. Кроме того, сэр, нам говорили, что магии вообще не существует, что все это фокусы, мошенничество и обман доверчивых людей.

— Во-первых, — жестко усмехнулся я, — я вам не доверяю, и доверять в принципе не могу. Вы, американцы, берете обратно свое слово с той же легкостью, с какой его даете, и потом на голубом глазу начинаете объяснять, что вас неправильно поняли, или, что этот договор теперь не соответствует американским интересам. Нет уж, я так рисковать не могу. Вообще-то я должен был бросить вас здесь, среди всех этих злых тевтонов на произвол судьбы, но я все-таки русский, а потому такая мысль противна моему сознанию. Или вы соглашаетесь на мои условия, или уже можете считать себя работницами местной секс-индустрии. Других вариантов у вас нет. А что касается магии… Кобра, покажи им какой-нибудь «фокус». Только, пожалуйста, без особых жертв и разрушений.