Видимо, в моем голосе появились угрожающие нотки, а над головой замерцал нимб (уж больно знакомая щекотка ощутилась в районе темечка), потому что Великий князь Николай Николаевич даже немного смутился, что казалось почти невозможным для этого жесткого и самоуверенного старика, выпрямленного так, будто он проглотил швабру.

— Да, требует… — несколько растерянно произнес он. — А что в том плохого?

— Господин Серегин, — пояснил император Николай, — в своей ипостаси Защитника Земли Русской перед началом этой войны поклялся, что ни один русский и артанский солдат не погибнет за возвращение в состав Франции Эльзаса и Лотарингии. Вы можете себе представить: война, которая должна унести по совокупности жизни нескольких миллионов человек, была затеяна только ради того, чтобы руками русских солдат вернуть в состав Франции две этих провинции.

— Но, государь! — воскликнул генерал Иванов. — Что вы говорите⁈ Ведь всем известно, что войну спровоцировали сербы, совершив в Сараево покушение на наследника австро-венгерского престола!

— Сербский майор Танкосич, курировавший в сербской разведке антиавстрийскую деятельность в Боснии и Герцеговине, — отчеканил я, — признался, что покушение было организовано по заданию французского Второго Бюро и за изрядную плату в шекелях, то есть франках. Но если говорить всерьез, то этот факт был мне известен без всяких признаний этого господина. Группа, предназначенная для совершения покушения, месяца за два до сараевских событий в полном составе вместе с майором Танкосичем собиралась на французской военно-морской базе в Тулоне. Вы представляете, что было бы, если бы какие-нибудь армянские патриоты собрались на совещание в Севастополе, а потом эти люди убили бы в Константинополе султана? Все газеты мира сразу бы написали, что это козни кровавого русского царя Николая, который лично отдал приказ зарезать, застрелить, взорвать несчастного турка. Я знаю, Николай Александрович, что вы не такой ужасный, но зачастую то, что пишут европейские и англосаксонские газеты, к истине не имеет никакого отношения.

— О да, — с горечью согласился Николай Второй, — вранье обыкновенно у газетных писак в крови. Хорошо, что хоть Господь сам не читает газет — ни российских, ни европейских. Но, господа, имейте в виду и зарубите на своем носу: Артанский князь никогда не лжет и даже не преувеличивает. Если он говорит, что события в Сараево случились по заказу французской военной разведки, то так оно и есть, а последовавшие за этим события первого этапа войны показали, насколько хорошо французские политиканы умеют предвидеть последствия своих безумных поступков. А посему цели России на этой войне ограничены: спасение братской Сербии прежде всего, потом — Восточная Пруссия, а также Восточная и Западная Галиция. Ничего иного нам от этой войны не надо.