Дзержинский хотел было возразить, но его резко прервал Сталин.

— Есть мнение, — веско сказал он, — что товарищ Серегин прав, а товарищ Дзержинский ошибается. Красный террор — это как раз тот путь, на который нас толкают враги. И это не наша местная буржуазия, обессиленная и обезоруженная, и не осколки монархо-феодального режима, а правительства стран Антанты, разозленные последними событиями. Я уверен, что если копнуть это дело самым настоящим образом, то на поверхность вылезет нечто похожее заговору послов, случившемуся в Основном Потоке полугодом спустя. Они, должно быть, считают, что убийство товарища Ленина — это их последний шанс пустить историю по нужному им пути.

— Товарищи, — с едким сарказмом в голосе вдруг произнесла Лилия, — будет ли дозволено высказаться в вашем собрании маленькой богине-целительнице, или вы собрались похоронить своего вождя, даже не заслушав мнения врача?

— Говорите, товарищ Лилия, — ответил Сталин. — Мы знаем, что, оказывая свои целительские услуги, вы не делаете разницы между царем и мужиком, и это заставляет нас относиться к вам с величайшим уважением и доверием.

— Не торопитесь отпевать товарища Ленина, — сказала мелкая божественность. — Я не зря погрузила вашего вождя в стасис. Для местных условий его ранение необратимо смертельно, и даже в Тридесятом царстве я не взялась бы за такую работу, но в Аквилонии имеется функционирующее реанимационное оборудование цивилизации пятого уровня, а также два высококвалифицированных специалиста в ранге профессора медицины, которые смогут побороться за его жизнь. Самое главное, что пуля не задела лобные доли, в которых хранится сущность его личности, а повредила только продолговатый мозг, отвечающий за жизненные функции организма.

Товарищи большевики, присутствующие при этом разговоре, как-то разом переглянулись и облегченно вздохнули.

— Вы, товарищ Лилия, — выражая общее мнение, сказал Сталин, — сейчас вернули к жизни не только товарища Ленина, но и всех нас.

— Только имейте в виду, — произнесла богиня-целительница, — что ранение у вашего вождя очень тяжелое, даже по меркам галактической медицины, и еще неизвестно, сколько времени займет полное выздоровление и реабилитационный период, во время которого его работоспособность будет ограничена.

— В таком случае, — сказал я, — вплоть до полного выздоровления товарища Ленина исполнять обязанности председателя Совнаркома и лидера партии большевиков должен его заместитель товарищ Сталин, пусть даже это продлится год, два или десять. Других лидеров первого класса, способных повести за собой страну, я среди вас не вижу.