Вскоре мы встретили первых жителей этого места.
Ими, как ни странно, оказались призрачные волки.
Стая, состоящая из дюжины полупрозрачных, пылающих бледно-белым огнем волков появились среди переулков и, скалясь, рыча, начали окружать нас. Увидев их, барашки начал паниковать и сбивались в одну кучу.
Насколько я успел узнать, зверо-души одни из самых распространенных фей в Мельхиоре. Их тут полно, но большая часть или мелкие зверушки, птички, или вот такие волки. Технически это обычные животные, никаких существенных различий не имеющие. Есть, разумеется, и исключения, как гримы и баргесты, но они ближе к нечести, чем животным.
Кстати, оборотни в городе тоже появляются и все из-за таких вот зверо-духов. Если животное вселяется в тело человека, то оно не может так легко захватить контроль над всем и подчинить, так как само разумом фактически не обладает. Но вот инстинкты постепенно начинают влиять и искажать разум жертвы, а тело перестраивается. Человек с искривленным разумом наполненный инстинктами зверя теряет над собой контроль, становится агрессивным и начинает потакать своим естественным желаниям, таким как голод или сексуальное возбуждение. Вот только тело уже трансформируется и желает все брать силой, так что тем, кто встретит такого одержимого, не позавидуешь.
Увы, если процесс трансформации переходит определённую черту то спасти такого одержимого уже невозможно и ему дарят милосердную смерть, загоняют как зверя и убивают. С таким как раз мы тоже боремся, социальный контроль, камеры по всему городу стараются отслеживать призраки ликантропии и предотвращать беду, но не всегда получается. События с Эммой и ее матерью четко показали несовершенство нашей системы.
— Прочь, — произнес Эрик, и те два клинка на его запястьях ожили.
Звери никак не отреагировали на его слова и начали приближаться, за что и поплатились.
Словно газонокосилка клинки двигались вокруг своего хозяина и шинковали противников. Волки налетали целой толпой, лишь для того, чтобы быть моментально убитыми двумя стальными змеями. Я лишь успевал икнуть, как слышались всхлипы и стоны зверей, разрезанных на части в мгновение ока.
Пара секунд и опасность полностью миновала и стадо постепенно успокаивалось.
— Ну, хоть волков то можно съесть? — спросила Болтушка.
— Гр-р-р-р! — рычит Эйбон, смотря на мою фею. — Как хорошо, что большая часть личных фей, не разговаривает, — тихо произнес он.
Что это означает, я не понял, но в таком состоянии его лучше не трогать, а то будет лишь беситься, а мне уши и нервы дороги.