— Переверни, — шёпотом посоветовала Озара, увидев её пристальный взгляд. — Это знак Велеса.

— Ох, точно… — увидела Ожега, осторожно прогладив теперь чётко видимый знак. Велес. Хозяин всех зверей и гадов. Змеиный бог, спящий в корнях Мирового Древа.

Они стояли внутри кругов, соединённых треугольником с вписанными в него двумя окружностями с рунами.

— Род мой небесный, благодарю тебя за то, что ты питаешь меня силой своей и исцеляешь силою своей! Правда, дед наш, благодарю тебя за то, что ты питаешь меня силой своей и исцеляешь силою своей! Отец мой, Змей, благодарю тебя за то, что ты питаешь меня силой своей и исцеляешь силою своей! Ярило-Батюшка, солнышко ясное, светящее и в Прави, и в Нави, и в Яви, и над нами, благодарю тебя за то, что ты питаешь меня силой своей и исцеляешь силою своей! Матушка-Вода, вокруг простираешься, благодарю тебя за то, что ты питаешь меня силой своей и исцеляешь силою своей! Матушка-Сыра-Земля, прародительница добрая, благодарю тебя за то, что ты питаешь меня силой своей и исцеляешь силою своей! Огонь-Батюшка, внутри нас рождаемый, благодарю тебя за то, что ты питаешь меня силой своей и исцеляешь силою своей! Воздух-Батюшка, всех нас наполняющий, благодарю тебя за то, что ты питаешь меня силой своей и исцеляешь силою своей! — начал ритуал с молитвы благодарности папа-Богдан. — Я благодарю всех богов и духов Яви, Прави и Нави! К силе вашей взываю.

Ожега, как всегда, с некоторым волнением наблюдала, как расчерченные линии засветились кислотно-зелёным, а потом словно перетекли в те три круга, где они с сёстрами стояли. Её яйцо завибрировало, застучав сердцем ещё быстрее, а наросты засветились той же силой, что питала ритуал.

— Расколите свои яйца. Внутри неживой предмет и ему ничего не сделается, — приказал папа-Богдан. — Живо! Времени мало.

Знак Велеса стал особенно хорошо виден. Ожега вдавила большие пальцы в треугольник, опасаясь, что не справится с твёрдой скорлупой, но тут же с облегчением услышала, как её яйцо влажно хрустнуло. Скорлупа и правда оказалась толстенной, на сколе блеснула золотом, но, видимо, благодаря магической подпитке Рода показалась не твёрже, чем у гусиного яйца. Ожега присела, положила яйцо на землю и осторожно раскрыла скорлупу, разделившуюся на два крупных куска. Внутри оказалось что-то густое неопределённо-бурого цвета и…

— Игла? — воскликнула Оляна, выразив общее удивление.

Ожега осторожно потянула и вытащила длинную и толстую светящуюся иглу с крупным ушком — она походила на те, которыми шили кожу.

— Протыкайте иглой любой палец, чтобы выступила кровь, — велел папа-Богдан.