— Ты расстроился? — напрямую спросила его Озара. Как бы то ни было, Стремглав был ей дорог как друг.
— Это было как-то даже ожидаемо, почти моя карма, но нет… Я за вас рад. Вы правда… сливаетесь аурами, словно вот-вот совершите совместный оборот или какое-то парное шаманство. Редко такое увидишь.
— Удивительно, — пробормотала Озара и чуть не выронила ложку. — Я поняла!
— Что поняла? — спросил её Кадмаэль.
— Я поняла, как правильно делать слияние с сёстрами!
Глава 15 Принятие Зверя
Яровзор ощущал себя падающим в колодец или расщелину. В ушах стучала кровь, а сердце, кажется, в горле. Свет и сознание меркли постепенно, словно отдаляясь от него. Взгляд застелило кроваво-красной пеленой. В устрашающе быстро пустеющей голове билась и грохотала единственная мысль: «Ожега рядом, он не должен ей навредить! Только не ей! Только не ей…»
Зверь. Хранитель. Предок. Василиск Великий Полоз.
Яровзор уже ощущал похожую беспомощность. В тот день, когда Предок выбрал его.
Он родился ошибкой. Отец совсем не обращал на него внимания. Наверное, старался не привязываться, зная, что он не переживёт Инициацию брата.
Яровзор помнил тот момент, когда об их судьбе узнал Златозар. Его единственный и любимый старший брат, который с ним играл и в какой-то мере заменил ему отца. Златозару было уже пятнадцать, а Яровзору девять, когда им запретили общаться. Мама вообще часто плакала и недолюбливала Златозара, но Яровзор всегда сбегал из-под её навязчивой опеки, чтобы провести с братом время.
Потом их с матерью и вовсе отправили в дальний храм Предков, туда, где с ним бесконечно проводили обряды отсечения от Рода…
Но это оказалось…
Бесполезно.
Тогда же Яровзор и узнал о своей участи и то, что родился ошибкой. И, можно сказать, на этом его детство закончилось.
В каждом поколении ветви Хранителя оставался только один — самый сильный и достойный. Так было всегда. Он просто родился слишком рано и должен умереть ради Рода и правильной передачи Наследия Великого Полоза. Вот и всё.
Время в храме тянулось убийственно медленно. Все знали, что никакие ритуалы и расстояния не помешают Василиску придти за его законной добычей, он слышал шепотки слуг. Чувствовал на себе взгляды дальней родни. Там же, в том храме, он познакомился с семьёй своего троюродного брата. Мелкого пятилетку кликали Борщ. Дородовое прозвище очень к нему подходило, так как свекольный суп тот очень уважал и мог есть его на обед и ужин. Борщ был единственным, кто не знал о том, что Яровзор скоро умрёт, и он старался побольше времени проводить с младшим братишкой. Учить тому, чему его самого научил старший брат… чтобы… его хоть кто-то запомнил. Его самого, а не «ошибку рождения» или вынужденную жертву Рода Василискова. Чтобы он остался в чьей-то памяти тем, кто существовал.