— Шеф⁈ — в палату в этот миг заглянул один из его бандитов. — Оу, вам помочь?

— Себе помоги, — огрызнулся Слютников, но, понимая, что самостоятельно после химиотерапии он встать не может, все же приказал. — Подними меня!

Пока его поднимал «браток», в палату прошмыгнуло еще четверо бандитов. Все они встали в подобие круга и с опущенными головами терпеливо ждали, пока старик наматерится.

— Шеф, а ты чего это, прическу сменить решил? — спросил бандит, отряхивая больничную рубашку Слютникова от пыли. — Ой, пятна-то какие на голове. Старческие?

— У меня рак нашли, дегенерат, — огрызнулся Слютников. — Это не смена имиджа, это терапия убила все волосы!

— Что, прям все? — удивился бандит, почесывая рыжую шевелюру. — И там, — он кивнул на штаны. — Со всех сторон?

От удара костылем по наглой, рыжей морде его спасло только состояние Слютникова. Старик замахнулся, но тут же пошатнулся и начал заваливаться назад. Один из находящихся здесь «братков» тут же подскочил к шефу и придержал его.

— Посадите меня, — приказал он, с ненавистью глядя на рыжего. — А тебе, Емеля, выговор. Еще раз ляпнешь что-то тупое, я тебе голову откручу.

Старика посадили, но в палате, кроме больничной койки, не было сидячих мест. А Кириллу было очень тяжело держать голову прямо. Поэтому он приказал своим людям сесть около кровати и внимательно слушать. Все же химия сказывалась на общем состоянии. Пока что.

— Итак, мои суворовцы, — начал он, но тут же закашлялся.

— А кто такие суворовцы? — спросил один из бандитов своего товарища. — А?

— Да хрен его знает.

— Итак, мои суворовцы, — повторился Слютников. — Разин мертв вместе со своей бригадой зачистки.

После его слов у бандитов округлились глаза. Кто-то смотрел на Слютникова взволнованно, а кто-то держался нейтрально. Все знали, что Разин — один из сильнейших наемников из известных им. А значит, скоро начнется «драка» за место в группировке. Для многих здесь это шанс стать повыше в банде.

— Я уверен на все сто процентов, — продолжил Кирилл. — Нет, не на сто, на все сто пятьдесят, что щенка прикрывает сильный род. И, скорее всего, это предатели Пуришкевичи.

— Могу спросить? — поднял руку рыжий Емеля. — Босс?

— Давай.

— А зачем им? У вас же был договор, разве нет?

— Сволочи хотят охмурить щенка, — начал объяснять Кирилл. — Им невыгодно делиться со мной, выполняя договор. А в подтверждение тому, что они сделали шаг, не согласовав со мной, это Николай. Отпрыск главы рода, самый младший. Он наведывался к пиздюку перед смертью Разина, так что сомнений больше нет. Пуришкевичи хотят взять под жабры род Раскатных. Мою, сука, кормушку! Понимаете?