— Он… он… — начал заикаться Пирсов. — Он не дворянин! Это ложь! — тряска в ногах аристократа прекратилась. Алексей расправил плечи и поднял руку, указывая пальцем на Георгия. — Он чернь! Он лжет! И он не может быть дворянином! Это ничтожество ремонтирует компьютеры, телефоны! Приходит и ведет себя как аристократ, разве вы не видите? Он засланный! Начитанный крестьянин, который решил поиграть в судьбу и показать всем, якобы он из знатного рода!

— Довольно! — громогласно рявкнула Верескина. — У тебя нет права сомневаться в словах дворянина!

Но следующим шагом в этой чудесной беседе сделал сам Раскатный. Он моментально оказался около Пирсова и дал ему такую звонкую пощечину, что некоторые из присутствующих приложили руки к лицу. Словно они сами почувствовали этот удар на себе.

— Вызываю тебя на дуэль, Пирсов младший, — Георгий даже имени пацана не назвал, показывая, что он не уважает его. — Вызываю за оскорбление достоинства.

— Сам себя похоронил, — усмехнулся Ежиров. — Я буду секундантом господина Раскатного.

Пирсов сначала и не поверил в то, что услышал, а затем приложил руку к красной отметине на щеке. Отказаться он не мог. Просто не мог.

— Уходим, — он сделал шаг назад и обернулся к своим гвардейцам. — В резиденцию, сейчас же.

— Ответ! — рявкнул Раскатный. — Быстро!

— Я пришлю тебе время позже, — прохрипел от обиды Алексей. — На правах вызванной стороны.

«Офигеть, — Катя не могла отвести взгляд с Раскатного. — Неужели, вот этот вот… аристократ, тот самый электрик из эконом-класса поезда? Неужели это он тот… простолюдин, который вел себя как самый обычный человек и долгое время отказывался от всего блага рода? Почему⁈»

Толпа, которая образовалась сразу после дверей, ведущих в здание, расходиться не собиралась. Они все глазели, перешептывались между собой, изучая внешность Раскатного. А Гоша, тем временем, зевнул, но по-дворянски, прикрывая рот, расправил плечи и гаркнул:

— Шоу закончилось. Спасибо за внимание.

— Георгий, — Настя Ежирова подошла к Раскатному, деловито двигая бедрами. — А нет ли у вас желания промочить с нами горло? А то такое событие, явно хочется побыть в приятной компании.

Глеб кивнул, подтверждая приглашение, но Георгий отказался. Почти отказался.

— Можно, — кивнул тот. — Но не сегодня. Мне нужно отвезти Екатерину Распутину домой. Долг, так сказать.

Никто не смел спорить с ним. На него смотрели с уважением. С огромным уважением. Катя, пока молча шла до машины, думала о всяком. А когда они выехали в сторону ее дома, раза три пыталась настроить себя на разговор. Но Георгий молчал, глядя перед собой, а его водитель вцепился в руль Чайки и старался ехать аккуратно. И все же, Катя попыталась завязать беседу, но сделала это очень глупо: