— Хай! — Попытался я рявкнуть на остатках воздуха, по возможности резко вставая. Была мысль выдернуть из ножен на поясе саперную лопатку…Но рукопашная с тем, кто боли почти не чувствует и кровью истекает крайне неохотно — очень плохая идея и соглашаться на неё стоит исключительно при отсутствии возможности тупо расстрелять врага. А потому я решил не совершать лишних телодвижений, тратящих драгоценные секунды, а сразу рвануть к своему основному оружию, по ходу дела пытаясь отвлечь внимание врага криком. На медведей вроде бы внезапность и громкие резкие вопли неплохо действуют, а эта туша почти тот же медведь, только лысый и жирный как свинья. Монстр действительно вздрогнул и отступил на шаг, когда на месте непонятной ему аномалии опять обнаружился человек, но замешательство не продлилось долго, всего секунды две, а потом чудовище рванулось вперед. И я тоже, но мне до автомата было ближе, а лишние мгновения форы лишь увеличили шансы на успех.

Спрыгнуть с крыльца к лежащему на земле оружию, которое туда по всей видимости взрывной волной унесло, было не самой лучшей идеей. Приземлиться на ноги не вышло, хотя высота вроде была откровенно смешной, и я не удержав равновесия плюхнулся на задницу, поскольку мир вокруг опять закружился, а тело повело куда-то в сторону. К счастью, данный маневр все же привел меня куда надо, поскольку судорожно зашарившие по земле пальцы почти моментально наткнулись на холодный металл автомата, а на красоту исполнения было как-то плевать — все же у нас тут совсем не соревнования по гимнастике. Давящий и расшвыривающий в стороны старые кости мутант приблизился так близко, что казалось еще чуть-чуть и он вцепится в свою добычу когтями и зубами. Руки вскинули оружие, и я выдал широкую расходящуюся веером очередь, надеясь зацепит тварь хотя бы случайно, ведь чувство равновесия по-прежнему играло со своим обладателем злые шутки. И как минимум несколько пуль попало куда надо, несмотря на полное отсутствие прицеливания. Пронзительный недовольный визг явно свидетельствовал о ранениях монстра, как и брызнувшая мне прямо в лицо свежая кровь. Пули автомата имели отнюдь не самое плохое останавливающее действие, а потому чудовище брякнулось на землю, в последнем усилии взмахнув лапой с длиннющими когтями и саданув ими по моему и так многострадальному телу. Обрушившиеся на левое плечо костяные лезвия заставили взывать от боли, но к счастью это оказался не прицельный удар, а скорее случайные конвульсии и устрашающие костяные лезвия соскользнули по кольчуге, оставив после себя на память разве только внушительный синяк. Которых на теле и без того хватало.