У мамы была красивая магия.

Шаг. Шаг. Шаг.

Ключ, как всегда, лежал в горшке рядом с домиком. И, открыв им массивную дверь, я попал в место похожее на сказку.

— Я дома…

Тут было все также, как я помню. Ничего не поменялось. Чисто, уютно и так красиво.

Даже не знаю, что за магию использовала мама, чтобы через столько лет тут не скопилось пыли. Вроде у нее таких способностей не было…

Присев на кресло-качалку у горящего камина, я откинулся и, впервые за очень много времени, расслабился.

— Я знал, что ты придешь сюда. — послышался голос слева от меня.

Там стояла фигура черноволосого парня. Именно он зажег камин, поэтому я не удивился ему. Своими синими глазами он смотрел на фотографию в рамочке, которую держал в руках.

Я помню, как делали эту фотографию. Брат меня разбудил, и я сонный, нехотя, спустился к этому камину, где нас четверых сфотографировали.

— Сам же постоянно твердишь об осторожности. Почему пришел ко мне лично?

Он мне улыбнулся, поставив фотографию на место.

— Не часто мой глупый младший брат повышает на меня голос. Подумал, что надо тебя проучить лично, раз у тебя начался бунтарский период.

Его улыбка была как никогда жуткой, немного напоминая улыбку Сары. Я почувствовал реальную угрозу в его словах.

— Ты старше меня всего на две минуты, мой дорогой близнец. — напомнил я, что разница между нами чисто символическая. — Но ты все равно прав, — вздохнул я. — Прости меня, я глупостей всяких наговорил… Честно, я даже представить себя не могу на твоем месте. Твоя жизнь сложилась еще более ужасно, чем моя.

Он по-доброму хмыкнул.

— Я знал, что ты будешь себя накручивать. Знал и поэтому пришел сюда. — подойдя ко мне, он присел на одно колено, схватил мою руку двумя своими, и прижал ее к своей голове. — Кто же, если не я, успокоит тебя в момент твоей слабости? Кто даст силы, чтобы ты справился с любыми препятствиями? Мы семья, мой дорогой брат. И у нас нет больше никого, кому мы могли бы доверять.

Я вздохнул.

— И, как ты и сказал, я все провалил…

Брат покачал головой.

— На эмоциях мы оба глупостей наговорили, но это не значит, что это не правда. Да, ты провалил план. Но и я взвалил на тебя столько, что ни один человек не смог бы сделать самостоятельно. Сам я ничего не делал — только придумывал никому не нужные стратегии, которые в теории имеют определенный шанс быть успешными, прося тебя делать все. Верил, что ты справишься. Но это была вера в невозможное.

— Я действительно так не считаю! — возразил я. — Одного того, что ты видишь убийцу наших родителей каждый день уже достаточно…