— А вот я считаю, — прервал он меня, и отпустив руку, посмотрел на меня. — Я посылал одного человека противостоять всему миру. И после этого смею выказывать недовольство провалом? Что за абсурд?

На мое лицо наползла ухмылка.

— Для справки, в детстве ты никогда и не был особенно умным. — напомнил я. — Тебя мама называла «ходячим ядерным реактором».

— Разве? — удивился он. — А я думал, что это ты у нас… — сморщившись от внезапной головной боли, он вздохнул и отвернулся. — Впрочем, это неважно…

Не только у меня проблемы с личностью и восприятием прошлого. Мы с братом в этом очень похожи. Иногда мы путаемся в воспоминаниях детства. Кто из нас что делал. Единственный ориентир — это волосы и характер. Блондин был оторвой и непослушным драчуном. Брюнет имел холодный и рассудительный характер.

Только так мы можем определить, кто из нас что делал.

Улыбнувшись, я расслабленно продолжил лежать на кресле-качалке. Мне стало легче. Тот холод, что я почувствовал сегодня… давненько я ничего такого не испытывал. Но, немного поговорив с братом — это прошло.

— Кстати, я тут малость накосячил… — вдруг решил я сказать. — Теперь регенерация у этого тела достаточно велика, чтобы сломанные конечности за считанные часы восстанавливать.

— Хочешь, чтобы я вернул как было? — уточнил он.

Я кивнул, протягивая ему руку. Он ответил на рукопожатие. Чувствовать, как улучшается тот или иной параметр прекрасно. По телу проходят тысячи невидимых зеленых линий, и ты чувствуешь, как поднимается твой Дух. Но вот обратное, когда ухудшается твое тело — это воспринимается совсем по-другому — появляется такое чувство, словно из тебя высасывают душу, и в сердце зарождается тревога.

Но вот прошло несколько секунд, и моя регенерация вернулась на начальный уровень. Теперь она как у обычного человека.

— Спасибо, — кивнул я.

— Физические силы я уменьшать не стал, но Сопротивляемости и Восприятие вернул к естественному уровню. Мы не знаем, когда нам удастся встретиться в следующий раз и лучше перестраховаться.

Я кивнул. Сопротивляемость действительно стала бы проблемой в будущем.

Некоторое время мы просто просидели молча. Хоть нам и довелось пересечься взглядами пару раз, но встречались мы в последний раз только несколько лет назад. И хотелось просто помолчать друг рядом с другом.

Но я и поговорить был не против.

— Кстати, меня тут Лесли недавно бросила. — посмотрел я на него. — Так что и первый мой путь в аристократию заказан.

— Вот ведь… А я хотел попросить тебя именно этим путем и воспользоваться…

Старший брат меня не обвинял. Теперь я это чувствую. Он просто принял это как факт и нам надо решать, что с этим делать, вот и все.