глаза, убеждалась, что вправду 95 Он перед ней; то противное мыслила, в рубище жалком Видя его. Телемах напоследок воскликнул с досадой: «Милая мать, что с тобой? Ты в своем ли уме? Для чего же Так в отдаленье угрюмо сидишь, не подходишь, не хочешь Слово супругу сказать и его ни о чем не расспросишь? 100 В свете жены не найдется, способной с такою нелаской, Так недоверчиво встретить супруга, который, по многих Бедствиях, к ней через двадцать отсутствия лет возвратился. Ты же не видишь, не слышишь; ты сердцем бесчувственней камня». Сыну царица разумная так, отвечая, сказала: 105 «Сердце, дитя, у меня в несказанном волнении, слова Я произнесть не могу, никакой мне вопрос не приходит В ум, и в лицо поглядеть я не смею ему; но, когда он Подлинно царь Одиссей, возвратившийся в дом свой, мы способ Оба имеем надежный друг другу открыться: свои мы 110 Тайные, людям другим неизвестные, знаки имеем». Кончила. Царь Одиссей, постоянный в бедах, улыбнулся; К сыну потом обратяся, он бросил крылатое слово: «Друг, не тревожь понапрасну ты мать и свободную волю Дай ей меня расспросить. Не замедлит она убедиться 115 В истине; я же в изорванном рубище; трудно в таком ей Виде меня Одиссеем признать и почтить, как прилично. Нужно, однако, размыслив, решить нам: что сделать Если когда и один кто убит кем бывает и мало Близких друзей и родных за убитого мстить остается — 120 Всё, избегая беды, покидает отчизну убийца. Мы ж погубили защитников града, знатнейших и лучших Юношей в целой Итаке: об этом должны мы подумать». Так, отвечая, сказал рассудительный сын Одиссеев: «Все ты умнее, родитель, придумаешь сам; прославляют 125 Люди твою повсеместно премудрость; с тобою сравниться Разумом, все говорят, ни один земнородный не может; Что повелишь, то и будет исполнено; сколько найдется Силы во мне, я неробким твоим здесь помощником буду». Кончил. Ему отвечая, сказал Одиссей хитроумный: 130 «Слушай же; вот что мне кажется самым удобным и лучшим: Все вы, омывшись, оденьтесь богато, как будто на праздник; Так же одеться должны и рабыни домашние наши; С звонкою цитрой в руках песнопевец божественный должен Весть хоровод, управляя шумящею пляской, чтоб, слыша 135 Струны и пение в доме, соседи и всякий идущий Мимо по улице думать могли, что пируют здесь свадьбу. Должно, чтоб в городе слух не прошел о великом убийстве Всех женихов многославных до тех пор, пока не уйдем мы За город на поле наше, в наш сад плодовитый; там можем 140 Все на просторе устроить, на помощь призвав олимпийцев». Кончил.