Трава по бокам от дороги имеет характерные следы «прочесывания». Ни одного даже фрагмента прошлогоднего листочка. Бордюры белые и кое-где еще меловой раствор, которыми их белили, не до конца высох.

— Ты чего такой довольный? — недоуменно спросила Юлиса, посматривая на Ари.

Центурион Дамарат, видимо, спросив все, что хотела, чуть приотстала.

— Так ты посмотри, какая красота вокруг! — с удовлетворением произнес парень.

— Чего? — не поняла Юлиса, оглядываясь.

— Все четко, параллельно, перпендикулярно, — с придыханием произнес Ари. — Чисто, покрашено и побелено!

— И что? — опять не поняла принцесса.

— А то, что командир этой части умеет занять подчиненных! — усмехнулся Тайфол.

Юлиса несколько мгновений смотрела на него. А потом покачала головой.

— Я такой же буду? — поинтересовалась она.

— Юль, я думаю, даже еще… хуже, — хмыкнул Аринэль. — Ты-то будешь вообще линейным командиром.

— Ужас, — хмыкнула принцесса.

Бойцы дошли с ними до самого административного корпуса. Центурион Дамарат, бросив на Аринэля хмурый взгляд, коротко кивнула парню на прощание.

— А она действительно сильно похожа на… маму Мару, — Юлиса чуть запнулась, упоминая Мару Тайфол.

Но именно так она должна теперь обращаться к старшей женщине Тайфолов.

— Но, похоже, есть какие-то… проблемы, да? — продолжила девушка.

— Я точно не знаю, — ответил Ари, смотря вслед уходящим легионерам. — Но вроде бы тетушка была против того, чтобы мама Мара ехала с папой.

— Ну, зная твоего отца, я не удивлена, — хмыкнула Юлиса и сделала жест в сторону входа. — Пойдем докладываться.

Как в любой воинской части, военнослужащий по прибытию или отбытию, должен отмечаться в канцелярии. Затем, чтобы его банально на довольствие поставили. Кстати, вот только что их встретили почетным караулом потому, что они по факту, находились в чем-то типа отпуска. То есть не на службе, а при своих титулах. Поэтому, согласно устава, их нужно было встречать так, как их встретили.

Аринэль поймал себя в этот момент на ощущении… Привычности происходящего. Словно он уже в Академии служит лет пяток. Вот, дверь. Изнутри она чуть вытерта снизу, когда отдельные несознательные ученики открывают ее ногой. Массивная деревянная ручка буквально отполирована ладонями. Открывая ее, попадаешь в маленький тамбур. Открыв еще одну дверь, входишь в небольшой холл, где висят стенды. Выписка из Устава, насчет внешнего вида воина, отрывок из Правил Академии, насчет поведения ученика. И вот изменение. На входе в коридор сидит пожилой мужчина в форме децериона, за небольшой стойкой, отгороженной от холла заборкой из свежей доски.