На первом этаже встретился со всей нашей делегацией, ей, оказывается министр культуры занимался, нет, не Демичев, он слетел со своего поста во время смутного времени между Брежневым и Устиновым, а занимал сейчас это место некто Захаров Василий Георгиевич… ну Захаров значит Захаров. Ничего особенного он не сказал, как мне быстро сообщила Аня, больше всё расспрашивал о поездке, много хвалил всех, а тебя особенно выделял. Спрашивал о творческих планах, я ему про Кубрика говорить уж не стала, но Спилберга сдала с потрохами, он кажется заинтересовался. Ну и хорошо.
Отпустили нас с богом, москвичи тут же разъехались по своим домам и работам, а мы с Анечкой значит опять на своих двоих (транспортом нас забыли как-то обеспечить) подались в знакомый уже до боли аэропорт Быково.
---
— Как же я счастлива, что мы наконец домой вернулись, — пропела Аня, переступая порог нашей 94-й квартиры, — настолько рада, что даже Полина сука Андреевна моего хорошего настроения не испортит.
Ну да, я тоже, я тоже, пробормотал я, озираясь по сторонам — мало ли какие тут сюрпризы могут случиться за время нашего отсутствия. Сюрпризов я не обнаружил, как ни искал, но как быстро выяснилось, совсем без них жить нельзя. Минут через 15 после того, как закрылась за нами входная дверь, затрещала вертушка (да, её тоже ко мне поставили, пробил я это дело).
— Сергей Владимирович? — спросила вертушка голосом майора Петрова, — собирайтесь, за вами машина выслана.
— А что такое? — спросил я, — я только что приехал, нельзя до завтра отложить?
— К сожалению нельзя, Сергей Владимирович, ваш заместитель сегодня был убит в вашем кабинете…
Глава 5
Запертая комната
Даже и помыться не удалось — машина начала бибикать во дворе через пару минут по окончании нашего разговора. Сказал Анечке сидеть дома и прибираться по хозяйству, у тебя сегодня ещё командировка идёт, хотя она в принципе тоже была не против поучаствовать в следственных действиях, а сам переоделся только в менее официальную одежду и покатил по утомленному августовской жарой городу в родное НПО… разруливать ситуацию и принимать меры по… я начальник в конце концов там или кто?
---
К моему приезду Борис Ефимыч уже был накрыт белой простынкой и лежал в коридоре на носилках готовый к транспортировке к патологоанатомам… я приподнял простыню — на лице его ничего не отображалось… А кабинет мой естественно был опечатан двумя сургучными печатями и заперт на ключ, это здорово — откуда ж мне теперь руководить подведомственным учреждением-то? Тут меня взял за локоть следователь областной военной прокуратуры (мы же к его ведомству относимся в конце-то концов) и повёл снимать показания в кабинет нашего безопасника Сани-колдуна. Его выгнали погулять. Я кстати долго всматривался в лицо следователя и опознал того самого, который раскручивал меня на поджог правого корпуса политеха почти ровно год назад, удивительные совпадения всё же в жизни бывают… и когда он только успел из гражданского ведомства в военное перейти, загадка… Он меня похоже тоже узнал, и ему это узнавание радости тоже явно не добавило — если вначале лицо его напоминало печёное яблоко, то сейчас и вовсе оно стало, как печёная груша. Картину преступления он мне нарисовал… после моей настоятельной просьбы и скривившись как от зубной боли, но рассказал, что же тут произошло чёрт возьми…