Я на мгновение прикрыл глаза, позволив себе немного отдохнуть. Эта конфронтация бесила, но времени на эмоции у меня нет. Посмотрел на рубин, заряженный маной Ратоборцев. Он светился ярко, пришло время перелить энергию из него в другие кристаллы.

Дверь снова скрипнула, в мастерскую заглянул Борис. Его широкая фигура полностью заняла дверной проём. На губах играла характерная усмешка.

— Лёха, я только что видел нашего птенчика, — он кивнул в сторону коридора. — Летел отсюда, аж перья дыбором! Лицо перекошенное, нахохлился весь! Ты его пообщипал, что ли?

— Заходи, Боря, — устало сказал я. — Твоя очередь.

Он прошёл внутрь, оглядывая завалы деталей, инструментов и готовых изделий.

— Ничего себе ты тут насобирал, — присвистнул он. — Мины, гранаты… Будем завтра разбрасывать по дороге, как семечки?

— Всё может быть, — кивнул я. — Давай руку.

Борис протянул огромную лапищу без тени колебаний. Кровавый Рубин начал свою работу. Борис даже не дёрнулся, лишь с интересом наблюдал за процессом.

— Прикольная штука, — задумчиво сказал он. — Напоминает, как я раньше кровь сдавал. На Цветном бульваре была у нас станция переливания. Я туда регулярно ходил. Раз в месяц, как часы.

— Деньги нужны были? — спросил я.

— Ну, — он пожал плечами, — деньги тоже. Но не только. Я как из бокса ушёл, работал грузчиком. Надо было как-то себя занять, понимаешь? Чувствовать, что делаешь что-то полезное. Ну и платили норм, а ещё атмосфера! Приходишь, тебя в кресло усаживают, иголку в вену, и лежи минут двадцать. Телевизор смотришь, отдыхаешь. Потом чай сладкий дают, печеньки. Выходишь оттуда с деньгами и ощущением, что кому-то помог. Может, ребёнку, может, раненому в больнице. Мне это нравилось.

Кровавый Рубин восполнил маны: 55

Я убрал камень от его руки и начал перекачивать энергию в пустой кристалл.

— Жена, правда, психовала, — продолжил Борис, потирая ладонь. — Говорила, что я себя угроблю. Что у меня и так работа тяжёлая, а тут ещё кровь отдаю. Но я же не больной был, здоровый мужик! Зачем мне столько крови? Пусть лучше кому-то поможет.

Он замолчал, глядя на светящийся кристалл в моих руках. Потом тяжело вздохнул, будто уходя в свои мысли. Похоже, ему всё же не так плевать на участь жены, как говорил. Хоть и пилила, а своя. Но вслух великан ничего не сказал. Хлопнул меня по плечу тяжёлой лапой и направился к выходу, но у самой двери остановился.

— Слушай, Лёха. Ты там завтра… того. Смотри за Верой, ладно? Она у нас хрупкая. Не боец. Если что, прикрой. Ну кто знает? Вдруг меня… ну, ты понял.

— Постараюсь, — пообещал я.