Работа поглотила меня целиком. Каждый удачный контакт, каждая ровная дорожка припоя приносили мимолётное, но чистое удовлетворение. Это был мой мир. Мир логики, физики и точных расчётов. Мир, где всё подчинялось понятным законам, в отличие от хаоса снаружи.

Я почти закончил сборку основного блока, когда в мастерскую вошёл Варягин. Он не стучал. Просто появился в дверях, как тень. И замер, оглядывая мой творческий беспорядок. Его лицо походило на высеченную из гранита маску. Я сразу понял, что разговор будет тяжёлым.

Отложил паяльник и выпрямился на стуле, встречая его взгляд.

— Иванов, — сухо начал командир. — Пришло время поговорить. Мы потеряли бойца. По твоей вине.

— Я знаю, — ответил я. — Ответственность на мне.

— Ответственность, — он подошёл ближе, его тяжёлые берцы гулко стучали по бетонному полу. — Хорошее слово. Правильное. Но оно не вернёт мне человека. Ты понимаешь, кого мы потеряли? Сумрак был не просто солдатом. Он был магом тьмы. Это контроль, это защита, это уникальные тактические возможности. Ты лишил нас не просто бойца. Ты лишил нас оружия. И снизил наши шансы на успех операции.

Он остановился в паре шагов от меня. Его глаза, холодные и уставшие, пронзали насквозь. Я молчал. Любые оправдания показались бы жалкими и неуместными.

— Я недооценил противника, — наконец сказал я. — Не учёл его скорость и тактику. Шипохвост оказался слишком проворным и смышлёным. Это моя ошибка.

Варягин смотрел на меня ещё несколько долгих, тягучих секунд. Потом он тяжело вздохнул, и маска сурового командира на миг треснула, обнажив бесконечную усталость. Он достал из-за пояса плоскую металлическую флягу, отвинтил крышку, сделал большой глоток. Затем, не говоря ни слова, протянул её мне.

Я взял. Внутри оказался коньяк. Резкий, обжигающий, с привкусом металла. Я отпил немного и вернул флягу.

Варягин окинул взглядом мою работу и спросил:

— Что это ты мастеришь, гений инженерной мысли?

— Создаю оружие. Это ультразвуковой излучатель. На определённой частоте и мощности он должен вызывать у тварей сильную боль и дезориентацию. Нелетальный контроль толпы.

— Ого! — его брови поползли вверх. — Гуманненько. Будем не убивать, а отгонять. Поставим такую штуку на БТР, и все мутанты в радиусе километра будут вежливо уступать нам дорогу и кланяться. А если серьёзно, эта хреновина сработает?

— Пока не знаю, — честно ответил я, а затем решил перевести разговор на другую, не менее важную тему: — Банда «Гладиаторов». Те отморозки, что приехали на мотоциклах после боя со змеёй. Мы сталкивались с ними раньше. Это не просто мародёры. Это полные психи. Они наслаждаются этим миром. Устраивают бои, натравливая друг на друга цепных мутантов. Они не пытаются выжить или выбраться. Им по кайфу. Для них это не конец света, а грёбаный фестиваль в стиле «Безумного Макса». Если мы столкнёмся с ними, будут проблемы.