Мы до сих пор, несмотря на глубокие исследования многих учёных, не имеем никакого положительного известия о происхождении великого Славянского народа, именно от того, что в изысканиях по этому предмету не хотели отступить от обыкновенного пути и из предубеждения довольствовались сомнительными руководителями. Идя, таким образом, обычной колеёй, одни придерживались ошибочных названий и, опираясь на них, роднили Славян с народами, не представляющими никакой связи, даже малейшего сходства, с ними; другие, переносили на народы географические названия земли, в которой они жили, и смешивали их, не обращая внимания на явное их различие; третьи, наконец, более решительные, начинали с самой колыбели рода человеческого и, проходя через многочисленные ряды неизвестных поколений, хотели довести нас оттуда к первому Славянину. А те, которым кое-как удалось дойти до цели, не видели средств показать её всем.
Для избежания подобной неудачи и чтобы представить начало народов Славянских в надлежащей ясности, я, после долголетних исследований и внимательного рассмотрения, избрал особый путь и новых руководителей. Вместо того, чтобы начать сверху от Яфетов, Асармотов, Гепиохов и тому подобное, я намерен идти по последним следам вверх к древним жилищам Славян, и там, внимательно рассмотрев их физиологию, обычаи и другие, свойственные им черты, искать далее истинных их предков.
В начале VI столетия, в царствование Юстиниана, Прокопий и Иорнанд впервые упомянули о Славянах, беспокоивших пределы империи. Оба они согласно указывают на тогдашнее отечество Славян за Истром и Днестром; но ни один из них не объясняет, с какого времени они там поселились. Только из описания походов, в это время предпринятых Греками в землю Славян, видно, что они давно там жили; ибо эта земля везде была хорошо населена. Должно думать, что ещё до Юстиниана Славяне как с севера, так и с запада приблизились к пределам Восточной Империи.
Трудно объяснить, от чего, при столь точных описаниях новопоявившихся Славян, ни Прокопий, ни Иорнанд, ни последующие писатели, не упоминают, откуда собственно они пришли? Где были древние их жилища? И к какому племени они принадлежали? Таких важных обстоятельств они нигде не умалчивали, даже при описании мелких, в первый раз показавшихся, народов, напротив с особенным вниманием следили за ними в отдалённейших странах Скандинавии, на Кавказе и даже безвестной земле северной Азии. Но это молчание при описании Славян имело свои причины: когда говорили о Гуннах, Гепидах, Аварах, Булгарах, о которых прежде и слуху не было, непременно нужно было сказать, кто они были и откуда вышли; но говоря о Сарматах, Скифах, Свевах и тому подобное, пропускали такие подробности, как излишние и давно всякому известные. Славяне, известные уже в древности, по словам Прокопия, как сеятели и земледельцы, под именем Венедов, вышли из земли, некогда занимаемой Венедами; в то время никто и не сомневался в том, что они были древние Венеды. Потому писатели не видели никакой надобности, ни причины, упоминать о их происхождении и родине.