Сначала смотр устроили. Построили сельских пацанов, заставили поворачиваться вправо и влево. Вот потеха была, кто «сено», кто «солома». Хохотали и мужики и бабы, советы давали. Мол, куда же ты оглобля супротив всех повернулся. Отроки тушевались, но лиц серьезных не снимали. Потом сшибка была стенка на стенку. Колотила ребятня от души, были и носы разбитые, и штаны драные, а кто-то и синяком опосля гордился.

Воевода посмотрев на это, отобрал шестерых, в число их и Колоярушка попал. Тут уже бились один на один. А потом Князь и княжич с дружинами на тура охотится поехали, чтобы жертву Перуну принести. Забрали четверых отроков с собой, всем по 12 лет, а Колояру, как и княжичу 10 исполнилось, но был он выше на голову сверстников, весь в отца. Тоже на охоту поехал.

Мытник остался. Забрал у старосты Стояна кошель с данью, семь корзин с дарами охоты: соболя, куницы и белки. Положил на телегу со снедью, которую сельчане принесли, кто с огорода, кто с хлева, а кто и добычей бортника. А после отправился в корчму выпить-поснедать. Пришла туда волей случая и Миланья, чтобы рыбки закупить да расстегай мужу состряпать. Казенная еда для живота и силы, а домашняя — для сердца и души.

Заприметил ее тогда Гостомысл, начал спрашивать, мол, кто такая да чья. Не для того, чтобы сосватать, жена у него в Городе есть, а на развлеченье. Да только Стоян ему сразу объяснил, что баба она замужняя, жена Златана — дружинника воеводы. Миланья купила рыбки и ушла домой готовить снедь супругу в дорогу. А Гостомысл, перепил меду крепкого и наведался к ней в гости. Пытался снасильничать, но не вышло. Вырвалась Миланья из рук потных, выскочила за ворота, отстал Гостомысл. Но только в этот раз. Златану Миланья ничего не рассказала, от греха подальше, крут он на расправу. Думала само рассосется, но, увы.

Раззадорила мытника неудача, стал он в Село частенько наведываться. Как Воевода соберет дружину куда, так он тут, как тут. И все к Миланье норовит. Но каждый раз отворот-поворот получал.

А один непогожий день, отправил он Златана и другого дружинника с заданием — собрать дань с кумыков. Племя это дикое, под княжичем не состояло, но было бито дружиной его, и платила дань три раза в год. Обычно отряд отправлялся человек в 20 к кумыкам, а тут всего двоих отправили. Сказал мытник, де, напуганы они, дань без ропота отдают. Уехал Златан да и сгинул. Дань у кумыков они забрали, но назад не вернулись.

Начал тогда Гостомысл намеки делать, что ушли, мол дружинники в тати, да злато-серебро княжичье с собой унесли. Вот только доказательств не было у него, словам мало, кто поверил, но в головы мыслишка закралась: «А кто их знает, может и прав мытник?».