— Я знаю, что все думаете на меня. Оправдываться не стану — лично я мужа не убивала, но руку приложила. По моему приказу яд в кубок подсыпала служанка, которая затем «случайно» упал в штольню, бедняжка, а отдал бокал отцу Делг. Он даже не знал, что вино отравленное. Знал бы, отказался от этой затеи. Поэтому я ему не сказала, он хороший сын. Был. Но Делг, пусть не сразу, но догадался. Именно поэтому он сегодня погиб, выгораживая и защищая меня.

— Как ты могла??? — зашипела на Катру Вистра. — Ты чужими руками убила нашего Адрика, а вину свалила на моего Нарви! Зачем??? Что он тебе сделал плохого? Он тебя любил, как мать брата.

— Ничего не сделал плохого, просто родился раньше Делга.

— Ты не могла этого знать!

— И, тем не менее, — тихим и уставшим голосом добавила Катра, — узнала. Повитуха сказала.

— Не может такого быть, они дают смертную клятву, что не расскажут про первородство никому.

— Все верно, но призналась она мне не добровольно, а под действием порошка правды. Я ей его подсыпала, принимая в гостях. Кстати, он тоже ядовитый, особенно с самогоном. Но и я пила его с ней вместе, чтобы избежать подозрения. Выжили обе, хотя и болели потом. Поэтому клятва и не сработала, что слова у нее выпытали. Я не жалею об этом, оно того стоило. А дальше дело техники. Страх повитухи перед наказанием, деньги и титул, как преемницы из утробы короля, сделали свое дело. Тайна так и оставалась тайной, до сегодняшнего дня.

Несмотря на почти шепот Катры, ее слова слышали все. Толпа, регулярно вздыхала. Они ожидали праздника, а тут целое шоу!

— Ты поступила подло, Катра, — обратился к ней Утул. — Тогда. А сегодня ты поступаешь честно, что заставляет меня не терять к тебе уважения.

— Все просто. Сын умер. Мне не зачем более носить этот груз, хочу очистить совесть. Во всем виновата только я.

— И, тем не менее. Я подозреваю, что все случившееся также не имеет традиций и соответственно законов дварфов, — сказал Утул и посмотрел на хранителей традиций и закона. Судья и глашатай согласно кивнули. — За смерть мужа и короля тебе полагается смерть. Но за твою честность я предлагаю тебе альтернативу — изгнание. Твое имя будет проклято и вычеркнуто из клана, тем не менее, жизнь сохранишь. На сегодня хватит смертей. Да будет так!

— И все же… Остается Хельда и другие жены! — вмешался глашатай. — Правда, отсутствие наследников осложняет дело, но выход есть. Пусть Нарви женится на женах брата, и тогда он станет полноправным королем! Тем более, раньше у них были чувства с Хельдой!

Глашатай говорил с каждым словом все громче и громче. Словно озарение, которое его только что посетило, крутило ручку «Volume». От такой догадливости и прозорливости, глашатай вырос в собственных глазах и немного прибавил в росте, почти сравнявшись в сантиметрах с Валькой. Он набрал в легкие еще воздуха, чтобы развивать мысль дальше, но так и остался с открытым ртом.