Не пришел.
Не поверил.
Не помог.
Они оставили меня гореть в аду.
Пережить самое страшное, что может случиться с женщиной.
Я тогда отбивалась как могла. Шипела. Ругалась. Молила оставить меня, не трогать. Дралась и отбивалась как тигрица. Располосовала им лица. До крови. Кусалась и рычала.
Но что может сделать слабая беззащитная девушка, против десятерых здоровых отморозков?
Ничего.
Слышала их крики ярости.
Ощущала на себе их удары. Свернулась эмбрионом, с одной лишь мыслью, защитить детей.
'— Ах ты ж, сука. — Удар по лицу. Кто-то до боли потянул за волосы, заставляя запрокинуть голову назад. Еще один удар. В голове зазвенело. Перед глазами запрыгали звездочки. — Она меня ударила.
— По животу не бейте. — От ненавистного голоса затрясло. — Девка беременна. А у меня не ее щенков особые планы.
Увидела перед собой исказившееся в экстазе лицо демона. Он смаковал каждую мою эмоцию словно эксклюзивный деликатес.
— Не переживай. С твоими ублюдками ничего не случится. — Расхохотался. Щелкнул пальцами. И в тот же миг мой живот словно окружило какой-то энергией. Мерзкой. Жуткой. — Я хочу потом сполна насладиться. Буду выпивать их жизнь по капельке. Дегустируя словно молодое вино. У меня на вас много, очень много планов. — Оскалился. — Я хотел вознести тебя до небес. Подарить весь мир. Но ты сама выбрала свою судьбу.
— Она ваша. — Отдал приказ и испарился.
А затем, разверзлась преисподняя…
Их жуткие рожи до сих пор стоят перед глазами.
Мерзкие прикосновения ощущаются на теле.
Но особенно запомнился один…
Тот, кого я там совсем не ожидала увидеть.
Тот, кто так долго жаждал мести.
Теперь отрывался по полной.
Они все той ночью почти растерзали меня.
Тело даже сейчас содрогалось от фантомных болей.
От каждого удара. От каждого насильственного акта. От каждого мерзкого касания. Как бы мне хотелось снова все это забыть. Стереть из памяти.
Воспоминания лились потоком, кромсая душу и сердце осколками разбитого стекла.
И почти сгинула там.
Почти…
Понятия не имею, сколько продолжалась та жуткая вакханалия.
Сколько времени они меня терзали и мучили. Сколько времени издевались.
Не давая отключиться.
Наслаждаясь и кайфуя от каждого моего крика. От слез.
Оставляя на душе пустыню'.
Но я не сдавалась, я верила, что выживу. Что выберусь. Держалась, ни смотря ни на что.
Ради моих кровиночек.
Ради моих детей.
И такой шанс появился.
Я выбралась.
Потеряла при этом память и голос.
Но все же выбралась.
И до сих пор не понимаю, как именно?
Кто мне помог?
Кто вытащил из ада?
— Малышка, — родно и любимый голос из-за стены вывел из состояния оцепенения. — Они ушли, моя дорогая. Открой двери. Я тут чай заварил, и тортик принес. Будешь?