— Подождите, подождите, подождите, — сразу же затараторил врач и начал что-то искать в бумагах, которые держал в руках. — А-а-а, вот, приношу свои извинения, но ничего делать для нас не требуется. Мы приложим все усилия для того, чтобы поставить Василия на ноги уже к концу олимпиады. Можете нам поверить, наша медицина творит чудеса!

На последних словах он так расхорохорился, что воскликнул от важности. Я лишь хмыкнул и махнул рукой. Что взять с продажных людишек? Припугнул, тот сразу дал заднюю, и теперь готов нам помогать на полную катушку. Большего мне и не надо, ругаться дальше или как-то ещё давить на него я не видел смысла.

— Мы не задерживались после ухода из кафешки, — продолжил Гриша, когда все лишние разговоры завершились, и мы с Людой вернулись к больничной койке. — А когда пришли домой, то застала там полный хаос.

— То есть? — нахмурился я, посмотрев на друга.

— Кто-то вломился в нашу комнату, переломал мебель и перевернул всё вверх дном, — ответил тот. — Когда попытался узнать у охраны, что произошло, те лишь плечами пожали, сказали, что будут разбираться.

— Будут, как же, — зло фыркнула Варвара, стоя рядом.

Да, здесь собралась вся наша команда. Даже Морозова со своими мальчиками на побегушках явилась. Правда, их не пустили, а ей воспротивиться никто не посмел.

— Ясно, — пробормотал я и пожевал губами. — Никто никого, конечно же, не видел?

— Говорят, на камерах какие-то неясные тени и парни в масках, — ответила Лиза Тихонова. — Якобы напали на Ваську, когда тот шёл в душевую. Как это всё произошло, непонятно.

Её голос заметно дрожал, поэтому продолжил уже Гриша:

— Эти «неизвестные», — слово он произнёс с такой желчью, что у меня чуть было желудок не свело, — избили Василия в затемнённой части коридора. Опять же, каким-то образом разбили там лампы, да ещё и пару камер повредили, чтоб их было трудно заметить. А потом разбили окно на первом этаже и просто свалил.

— Издевательство просто, — я покачал головой, борясь с новым приступом злобы. — Бред, ну, реально же, бред.

— И никто не будет решать эту проблему, — ледяным тоном произнесла Люда.

В этот момент Васька пошевелился и попытался открыть глаза, но ничего не вышло. Из его груди вырвался тихий стон, и к парню тут же подскочила медсестра, пытаясь с ним заговорить, однако же, Васька не мог даже пошевелить губами и произнести ни единого слова.

Зато я уловил его мысли.

«Их было несколько, Илюха, — он явно обращался ко мне. Знает же, на что я способен, молодец. — Я никого не видел… но слышал несколько голосов. Напали со спины. Ударили чем-то тяжёлым…»