Вынул из двух симки. Сломал и выкинул тонкие пластинки. С третьего же набрал номер полиции. Ответа пришлось ждать больше минуты.

М-да, так и помереть несложно. Пока они приедут, меня порежут на кожаные ремни и успеют высушить.

— Дежурный Спичкин. Что у вас?

Спичкни? Ладно, издеваться буду потом.

— Позовите к телефону капитана Игнатьева.

— Кто его спрашивает?

— Мор, — ответил я с лёгкой усмешкой. — Скажите, что в закоулке напротив кафе «Сицилия» его ждёт сюрприз.

— Простите, что⁈ — возмущённо воскликнул дежурный. — А кто вообще…

Я не стал дослушивать причитания служивого и нажал «отбой». После чего сломал третью симку и спрятал телефон в карман, где уже лежали остальные.

Твою ж мать, у меня же его визитка есть, — мне вспомнился разговор с Игнатьевым.— Хотя какая разница, она всё равно дома валяется. Надо будет запомнить его телефон, ещё может пригодиться.

Я подставил лицо под холодные дождевые капли и тут же скривился от острой боли в боку.

— Чёрт, — вырвалось у меня.

В больницу нельзя, там сразу донесут копам, а они уже сложат два плюс два. Значит, домой. Там сам себя быстренько заштопаю. Лишь бы любопытные «родственнички» не задавали глупых вопросов.

* * *

Кое-как доковылял домой, прижимая кровоточащую рану краем пиджака. Ткань давно промокла и не только от дождя. Но всё же я ему радовался. Возможно, я могу подхватит простуду или воспаление лёгких, но зато никто меня не увидит. Погода разогнала людей с улиц, никто не бродил просто так, не выгуливал питомцев, даже машин не было. И это жутко радовало, так как вид у меня был… таким же жутким.

Заваливаться в дом я не собирался. Вместо этого, добрался до гаража, ключи от которого всегда были в кармане. Осторожно (как мне показалось) открыл дверь и забрался внутрь. Стоило закрыться, как вокруг сомкнулись тьма и тишина. Ну, почти тишина, так как шум дождя снаружи никуда не делся. Но значительно затих.

— Наконец-то, — выдохнул я и включил свет.

Вспыхнувшая лампочка на пару мгновений ослепила меня. Поморгав, дошёл до стула и грузно рухнул на него. Стянул пиджак, кривясь от боли. Его придётся хорошенько постирать. А вот рубашку уже выкинуть, её ведь продырявили. Поэтому я не стал медлить и просто разорвал на себе ткань, отбросив ошмётки в сторону.

— Хреново, — пробормотал я, глядя на порез.

Вроде бы внутренние органы не повреждены, иначе я бы чувствовал себя значительно хуже. Знаем такое, проходили. Но всё равно придётся зашивать.

— А, чёрт, — тихо выругался я, вспомнив, что ни иглы, ни ниток с собой у меня нет. — Ладно, разберёмся.

Можно сейчас обойтись пластырем, но это временная мера. Промою, прижму бинтом, залеплю этими хренями, а потом уже, делая вид, что всё нормально, зайду в дом и…