Наверное, в тот момент, девушке было жутко обидно, а ещё противно от понимания того, что собственные слуги начинают сомневаться в ней. Я чувствовал её смятение, даже нотки страха. Однако Лизонька держалась и сохраняла завидное хладнокровие. Что ж, уже за это её можно похвалить.
— Да будет так! — директриса звонко хлопнула в ладоши и, чёрт возьми, тугие потоки воздуха от её хлопка взлохматили мне волосы.
Какая могучая женщина!
И снова хитрый взгляд на мне.
Чёрт, она точно читает мысли!
— А теперь, — продолжила Савельева, — я официально объявляю первый в этом учебном году Поединок Чести! И прошу всех отправиться в спортивный зал! Не будем задерживаться, иначе, боюсь, — здесь она улыбнулась, — вы сгорите от нетерпения.
Глава 17
Вокруг импровизированной арены, выложенной матами (в голове их было ещё больше) столпились, наверное, все школьники. Мне казалось, что ещё немного, и они друг другу на голову полезут. Вот тогда я действительно понял, что их много. Даже слишком много. Толпы я не боялся, хотя она меня изрядно раздражала. Но раз уж я планировал устроить шоу, то придётся не занижать планку.
— Выбор оружия остаётся за участниками Поединка, — звучно произнесла Савельева, глядя на нас. — Но так как это всего лишь школьная дуэль, то ничего смертельного предоставить вам не могу.
— Я выбираю шест! — первым выпалил Звонарёв. Спорить с ним я не стал — шест так шест.
— Хорошо, — кивнула директриса, видя, что я не противлюсь. — Фёдор Викторович, прошу вас!
Из толпы тут же вышел бывший охранник, а ныне наш физрук, с двумя длинными боевыми шестами. Сперва отдал Звонарёву, а потом подошёл ко мне.
— Зря ты, Илюха, влез в это, — прошептал он, протягивая оружие. — Близнецы — сильные противники, и дерутся, словно берсерки.
— Благодарю, — кивнул я в ответ. — Я справлюсь.
— Ну, ни пуха, — он с улыбкой хлопнул меня по плечу.
— К чёрту, — улыбнулся ему, а потом вновь стал серьёзным.
Что ж, Семён, как вас там, давайте посмотрим, так ли вы опасны в деле, как и на словах.
— Напоминаю правила! — говорила директриса, и от её голоса чуть ли стёкла в окнах не дрожали. — Никаких серьёзных увечий! Активировать покров разрешается, но наносить им тяжёлые травмы запрещено! Бой считается законченным, когда один из противников выбывает с арены, либо неспособен сражаться, либо сдаётся добровольно! — пронзила нас ледяным взглядом. — Противникам всё понятно⁈
— Да! — хором ответили мы со Звонарёвым.
— Тогда на счёт три! — объявила Савельева.
— Лучше тебе сдаться, — одними губами произнёс Семён, насмешливо смотря на меня.