При этих словах Савельева хитро прищурилась, будто что-то знала, но говорить не спешила.

Чёрт, конечно, она многое знает. И инфой со мной делиться не будет. Наверное, ждёт, когда я сам решусь податься к ней в Вассалы. Так, стоп, не думай, не…

— Не думай, — лукаво подмигнула женщина и соскользнула со стола. Двинувшись вокруг меня, провела пальцами по моим плечам. — Да, Лиза не встала на их сторону. С завтрашнего дня этой парочки больше не будет, а Морозовым сделан выговор за то, что не смогли приструнить своих Вассалов. Всё же они считают себя высоким родом, так пускай отвечают за последствия. Не всегда Маше жить за счёт страха.

— Марии Морозовой? — уточнил я.

— Да.

— Получается, что все слухи верны? Она давила тем, что под ней ходят какие-то криминальные группировки?

— И их боятся не без основания, Илья, — директриса снова оказалась напротив. Наклонилась надо мной, упёршись в ручки кресла. С её-то ростом вышло не совсем удобно, но она, видимо, не особо смущалась подобного. И вот тогда я всё же позарился на аппетитную грудь, что практически касалась моего носа. — И что-то мне подсказывает, что ты уже с ними встречался. И не один раз. Так что Морозовы могут злиться на тебя и из-за этого тоже.

— У меня были небольшие стычки с местной шпаной. Но вряд ли сама госпожа Морозова решит разобраться в проблемах «шестёрок».

— Может и так, — Савельева пожала плечами и выпрямилась. — Сами мы не узнаем, а она нам не расскажет. Однако, Звонарёвы отчислены из «Пепла и Крыльев», Морозовы унижены и оскорблены, а ты…

— До сих пор простолюдин, которого могут прибить в любой подворотне, — закончил за ней я.

При этом я мимолётом вспомнил о порезе и чуть поёжился.

Директриса заметила моё беспокойство и подозрительно прищурилась.

— Я чего-то не знаю?

— Многого, — в тон ей ответил я. — Так что мы квиты.

Женщина хмыкнула и всё-таки решила присесть за своё рабочее место.

— Илья, я не буду вновь поднимать тему о Вассалах и тому подобное. Скажу только, что это может быть временное служение. Допустим, — подняла глаза к потолку, будто задумалась. А то я не знал, что разговор давно спланирован, — лет, эдак на пять.

— Три года.

— Ого, — внезапно от неё повеяло жаром. Казалось, что от одного моего слова она возбудилась, словно только этого и ждала. — Ты всё-таки решился?

— Нет, — самодовольно ухмыльнулся я. — Просто хотел посмотреть на вашу реакцию.

— Не балуй, Филатов, — сурово произнесла Савельева, но при этом жар от неё не спадал. Ей нравилось со мной играть. — Я ведь на полном серьёзе беспокоюсь за тебя.

— Почему? — я подался вперёд. — Что во мне такого? Наследство? Магия? Чего я не знаю? И что вы скрываете на пятом этаже?