— А-а-а! — испуганно завопил тот, посмотрев на труп. А потом бросил взгляд на меня. Ниже меня на голову, но шире раза в полтора, если не больше. Белый костюм и шляпа с широкими полями. Маленькие свиные глазки, крючковатый нос. В общем, типичный богатый выродок. — Ты кто такой⁈

— Мор, — коротко ответил я.

Ещё два выстрела, и он как подкошенный, рухнул наземь, заливая её кровью из пробитых колен.

— Су-у-ука-а-а-а! — ревел чинуша. — Я убью тебя!

— Нет, — я встал над ним. — Это я тебя убью, — с этими словами достал из рюкзака несколько фотографий. — Узнаёшь?

— Что? — его глаза чуть не вылезли из орбит. — Как⁈ Ты открыл… а-а-а!

Я с силой пнул его по изуродованному колену.

— Вопросы задаю я. И тебе лучше ответить на них, чтобы попрощаться с этим светом быстро и безболезненно.

— Пошёл ты!

— С радостью, но сперва мы с тобой поговорим, — я обошёл чиновника стороной и схватил его за шиворот.

— Стой! Что ты хочешь⁈

— Дам тебе шанс, — оттащил к машине. Открыл дверь и прислонил к мягкому сиденью головой. — Так отток крови не будет слишком быстрым, и ты сможешь нормально говорить,— ну да, конечно же. — Возможно, если мы договоримся, — на этом слове я сделал акцент, — то останешься живым.

Глаза Кнетина тут же алчно загорелись. Да, такие люди всегда любили о чём-то договариваться.

— Скажу прямо, ты просто попал под раздачу, — снова показал ему фотографии. — Мне нужен тот, кто поставляет таким как вы этих девочек. Понял?

— Ха, так я тебе и повери… а-а-а, — я снова ударил по колену. — Ладно, ладно! — мужик вскинул руки. — Я скажу, скажу!

— Внимательно слушаю, — фото убрал в рюкзак.

— Савий Кукрыдзе, — на одном дыхании выпалил чиновник. — Он организатор. Работает простым фотографом в центре города. Но у него обширный список клиентов, и на каждого есть свой компромат.

— То есть вы просто попались к нему?

— Ну да, мы не винова-а-а-арх, сука!

— Не виноваты! — выкрикнул ему в лицо я и ударил, да так, что у того изо рта вылетели окровавленные осколки зубов. — Вы насиловали несовершеннолетних! Девочки и мальчики в ваших мерзких руках!

Да, на фотографиях были сцены оргий жирных педофилов. В трезвом, да и в пьяном, чёрт возьми, состоянии, такое видеть никому бы не рекомендовал. Поэтому слова Кнетина просто вывели меня из равновесия.

Он попытался прикрыться, но тогда я схватил его за пальцы и сломал их в обратную сторону. Чиновник заорал пуще прежнего.

— Говори! — на этот раз отделался лёгкой пощёчиной. — Где он живёт, где работает⁈

— Я… я… — Кнетин задыхался от рыданий и боли. — Там… в сейфе… всё есть…

— На флешках⁈